NEWS 2SWEET

Этот солнечный весенний денек ясно намекал, что пора бы выйти из дому и насладиться свежим воздухом. Прохожие, встречавшие на пути молодого человека с приятной внешностью, невольно отвечали его улыбке. Он шел к одному из городских клубов. Впереди уже маячила вывеска, светившаяся сиреневыми и голубыми огнями – это был «Неон». В этот вечер здесь проходили сразу две студенческие вечеринки для старших курсов.

Молодой человек уже собирался открыть дверь заведения, как услышал за спиной свое имя:
– Кость, привет!
Обернувшись, он увидел двух своих друзей-одногруппников, спешащих к нему навстречу. После приветствий блондин со светлыми прядями в волосах, Руслан, обратился к компании:
– Ну что, ребята, готовы повеселиться?
– Всегда рад этому! – ответил Костя.
Внутри помещение было разделено на зоны с удобными столиками. Зал кипел жизнью: молодые люди сновали между танцполом и местами для отдыха. Кто-то общался, а кто-то двигался под ритмичную музыку.

– Похоже, сегодня кроме нашей группы еще кто-то празднует… А вот и наши, – заметил Алексей, второй друг Кости.

Костя отвлекся на приветствия товарищей по учебе и неожиданно столкнулся с девушкой. Она искала что-то в своем клатче, болтавшемся на плече, и не заметила приближения парня.

– Извините, пожалуйста, – смущенно пробормотала она, но осеклась, встретившись взглядом с молодым человеком.

– Конечно прощаю, – улыбнулся тот. – Сам сегодня немного отрешенный.

Девушка кивнула и, все еще смущаясь, отправилась в туалет. А Костя провожал ее взглядом, пока она не скрылась за дверью. Ему стало тепло на душе, словно там поселился маленький котенок. Друзья вернули его к реальности:

– Костян, ты где пропал?
– Что?
– Тебя будто ворон забрал!

Парень встряхнулся и присоединился к друзьям. Но спустя час он снова заметил ту самую девушку. Она сидела за столиком через три от них, разговаривала и смеялась с подругами. И тогда он решился сделать шаг, который перевернул всю его жизнь.

После очередной шутки своей подруги девушка услышала рядом мужской голос:
– Добрый вечер, прекрасная леди. Разрешите вас пригласить на танец?

Она повернулась, и сердце ее тоже наполнилось теплотой.

– Почему бы и нет? Кстати, а как вас зовут? – спросила она с улыбкой.

– Меня зовут Константин, – представился он.
– А меня Виталина, можно просто Лина, – ответила она после паузы.

– Какое красивое и необычное имя, – заметил Костя, протягивая ей руку.

Словно специально для них диджей включил медленную мелодию – идеально подходящую для танца и беседы. Они заговорили о студенческой вечеринке и учебе.

– Как вам сегодняшний вечер? – начал Костя.

– Неплохо, довольно весело и уютно, – ответила Лина.

– Согласен, – улыбнулся он.

– Можно узнать, на кого вы учитесь?

– Это не секрет: последний курс юридического факультета, и скоро я стану дипломированным юристом, – ответила она. – А вы?

– Я тоже не храню тайн: преддипломная практика, а затем – работа экономистом. Уже нашел фирму для практики – средних размеров, но очень успешную. Как говорится, то, что нужно.

– Здорово! – искренне восхитилась Лина.

Дальше они предпочли сохранить магию танца без слов. Время шло, вечер подходил к концу, и гости начали расходиться. На выходе Костя чуть задержался, чтобы успеть коснуться руки выходящей Виталины и сказать:

– Лина, я не прощаюсь, а говорю: «До новых встреч». Вот, на всякий случай.
Костя вложил ей в ладонь небольшой клочок бумаги с номером своего телефона. А очарованная его обаянием девушка достала из сумочки карандаш для губ и, улыбнувшись, написала свой номер прямо на тыльной стороне его руки. После этого молодые люди разошлись по своим компаниям.

Не успела неделя пройти, как судьба снова свела их вместе. На этот раз Костя пригласил Виталину на настоящее свидание. Он чувствовал – она та самая особенная человек, который способен изменить его жизнь. Ей же было приятно проводить время с этим парнем, хотя она стремилась узнать о нем больше.

Однако Костя не спешил рассказывать о своем прошлом. Во время одной из прогулок Виталина решила попытаться раскрыть его историю:
– Костя, расскажи хоть немного о своем детстве. Почему ты всегда уходишь от темы? Почему просишь всех считать тебя сиротой?

Костя вздохнул и опустился на скамейку, которая встретилась им на пути. Усадив Лину к себе на колени, он начал свой рассказ:
– Мой отец… Я никогда его не знал. А моя мама… Она была зависима от алкоголя. Эти бутылки были повсюду, и это было самым трудным временем моей жизни.

– Как же это тяжело для ребенка, – сочувственно произнесла Виталина, еще крепче обняв его. – Но надеюсь, твоя мама смогла справиться с этой проблемой?

– Да, она победила свои демоны. Это далось нелегко, но она сделала это ради меня. И все же воспоминания о тех годах до сих пор давят на душу, – признался он с легкой грустью в голосе.

– Понимаю, что тебе больно об этом говорить. Больше не буду задавать вопросы. Приходи ко мне завтра на чай, – мягко перевела тему Лина, ласково погладив его волосы.

Костя улыбнулся и нежно поцеловал ее. С тех пор он часто бывал у Лины дома. Они прекрасно проводили время вместе, хотя отношения с матерью девушки были сложными. Женщина не позволяла себе грубости, но ее недовольство выбором дочери было заметно. Часто, после того как Костя уходил, она говорила:
– У него ничего нет за душой. Мать была алкоголичкой, а отец вообще загадка. Какое будущее может быть у вас двоих? Не стоит повторять ошибки его семьи.

– Я уверена, что он сможет добиться многого сам. Ведь дети не всегда становятся похожими на родителей, – отвечала Лина, защищая любимого.

Видя серьезность их отношений и глубину чувств, мать Лины перестала возражать против их романтической связи. Друзья и знакомые, замечая их любовь, предполагали скорую свадьбу. И они оказались правы.

После медового месяца молодожены начали новый этап своей жизни. Костя успешно окончил университет и получил работу экономистом в процветающей торговой компании. Виталина тоже блестяще защитила диплом и нашла место в известной юридической фирме. Первое время они сосредоточились на создании финансовой стабильности и не планировали детей.

Годы шли, и пара достигла значительных успехов в карьере, обеспечив себе прочное положение. Однажды утром, во время выходного, когда они пили кофе, Костя заметил задумчивый взгляд жены. Заботливо спросил он:

– О чём задумалась, Вита?
Лине нравилось, когда муж произносил её имя именно так – оно звучало в его устах особенно мягко и привлекательно.

Она взяла его руку в свою, внимательно глядя ему в глаза:
– Кость, мне безумно нравится наша жизнь сейчас. У нас есть всё: дом в отличном районе, стабильное финансовое положение, машина…

– И даже личный водитель для нашей машины, – добавил Костя с улыбкой.

– Именно. А ещё с тех пор, как мы поженились, мы стремились обеспечить себе материальное благополучие. И я считаю, что эта цель достигнута. Теперь можно подумать о следующей.

Она продолжала держать его за руку, зная, что он поймёт её без слов.

– Милая, наш дом наполнен уютом, гармонией и спокойствием благодаря тебе. Ты права, и я полностью поддерживаю идею о том, чтобы в нашей семье появился малыш – и не один! – воскликнул он с воодушевлением.

– Тогда давай на днях заглянем в медицинский центр, – обрадованно предложила Лина, крепче обнимая мужа.

Через несколько дней они уже сидели в одной из лучших клиник, которую им рекомендовала близкая подруга Виталины. Администратор выдала им необходимые формы для заполнения, после чего пара начала проходить обследование. Когда настал день очередного визита, супруги терпеливо ждали своей очереди. Наконец их пригласили в кабинет, и Лина, едва сдерживая волнение, спросила:
– Доктор, какие результаты?

Врач замедлила ответ, внимательно посмотрев сначала на Костю, потом на Лину.
– Со здоровьем вашего мужа всё в порядке, но вот с вашим организмом… боюсь, возникнут серьёзные сложности.

У Виталины на мгновение перехватило дыхание, сердце будто остановилось. Однако она быстро собралась и задала логичный вопрос:
– Как же быть? Мы очень хотим детей и готовы предоставить им всё самое лучшее.

– Не стоит отчаиваться. Возможно, вам подойдут альтернативные варианты решения этой ситуации, – предложила врач.

Супруги были решительно настроены не сдаваться. Они пробовали разные методы, но каждый раз сталкивались с новыми неудачами. В конце концов они приняли совместное решение обратиться в детский дом. Этот вопрос Лина взяла на себя. Она посетила несколько учреждений, прежде чем нашла то, которое тронуло её сердце.

Вернувшись домой, она торопилась поделиться радостью с мужем:
– Кость, я нашла её! Нашу будущую дочь. Это точно судьба.

– Расскажи подробнее, – заинтересованно спросил Костя.

– Я сразу поняла, что это именно она. Девочка молчит, но врачи говорят, что немота связана с травмой – она пережила автомобильную аварию и потеряла маму. Все попытки вернуть её к разговору пока безуспешны, – объяснила Лина, смотря прямо в глаза мужу.

На следующий день они отправились в приют. В комнате для бесед они ожидали встречи с ребёнком.

– Ты говорила, что девочка не разговаривает. Что ещё известно о причине её состояния? – спросил Костя.

– Да, нам объяснили, что это последствие шока. Автокатастрофа стала для неё настоящим потрясением, – ответила Лина.

Через пять минут дверь открылась, и перед ними появилась маленькая девочка лет шести-семи. Её звали Марина.

Как только Костя встретился взглядом с ребёнком, он испытал странное чувство. Затем его внимание привлекло украшение на шее у девочки.

– Это… откуда у нее этот кулон? – пробормотал Костя, застыв на месте.
– О чем ты, дорогой? Что случилось? – удивленно спросила его жена.
– Этот кулон… Я узнаю его. Он принадлежал моей сестре Алёне, – тихо произнес он, глядя на украшение.

Костя сразу решил выяснить имя матери девочки у её сопровождающей. Та подтвердила:
– Да, мать Маринки звали Алёной.

– Это просто невозможно быть совпадением! Сегодня же поеду к матери. А за Мариной мы обязательно вернемся, – твердо заявил Костя.

Супруги провели в приюте еще некоторое время. Они рассказали о себе и попытались завести разговор с девочкой, но та оставалась молчаливой, лишь изредка бросая на них взгляды и крепче сжимая мягкую игрушку в руках. По пути домой они обсуждали все произошедшее.

– Почему ты никогда не говорил мне о своей сестре? – задала вопрос Лина, внимательно глядя на мужа.

Костя слегка напрягся, сильнее схватившись за руль:
– Потому что потерял её ещё в детстве. Она просто исчезла. Алёна была старше меня всего на два года. Я очень скучал по ней, а вот мать словно забыла о её существовании. А кулончик… это был особенный подарок – мать переплавила свои сережки, чтобы сделать его для сестры. Подарки в нашей семье были настоящей редкостью.

Добравшись до дома, молодой человек нежно поцеловал жену, когда та выходила из машины, затем дал водителю адрес матери. Минут через десять он уже стоял перед дверью квартиры. Сделав глубокий вдох, Костя нажал на кнопку звонка.

Пожилая женщина открыла дверь без вопросов и махнула рукой, приглашая сына войти. Костя прошел следом за матерью в гостиную.

– Мам, расскажи правду о моей сестре, без всяких уловок, – строго сказал он, доставая фото кулона с телефона. – И давай без отвлечений, как раньше.

Женщина ахнула, сжала край платья в руках и, наконец, заговорила:
– Да, вас было двое: ты и Алёна. Но из-за своих проблем я решилась отдать одного из вас в приют. Выбор пал на неё. Мне казалось, что она более самостоятельная. Я боялась, что не смогу обеспечить обоих из-за финансовых трудностей.

Костя побледнел и опустился на стул рядом с матерью:
– Почему же ты не забрала её потом? Ведь можно было попробовать!

– Я много раз пыталась, но каждый раз получала отказ. Причиной называли мою зависимость и поведение. Я действительно горевала о своем решении, – ответила она, понурив голову.

– Знаешь, чего я больше всего не могу понять? Того, что ты хранила всё это в секрете столько лет, – тихо произнес он.

Она молчала, не находя слов. Костя не стал задерживаться у матери дольше, чем требовалось. Вернувшись домой, он рассказал Виталине о разговоре. Желание удочерить Марину только окрепло.

На следующее утро они отправились в приют за девочкой. Марина уже ждала их, держа в руках мягкую игрушку-кота и маленький рюкзачок с вещами. После подписания всех необходимых документов директриса приюта присела рядом с ней и, бережно взяв за руку, сказала:
– Теперь у тебя снова есть мама и папу. Я уверена, что с Виталиной и Костей тебе будет тепло и уютно.

Прощаясь с Мариной, директриса обняла её и проводила новоиспеченную семью до главного входа в приют. Сев в машину, Костя дал указание водителю отправиться в клинику, где можно было пройти тест ДНК.

– Хочу окончательно удостовериться, что Марина – дочь моей сестры, – объяснил он немой вопрос Лины.

Спустя десять дней на электронную почту пришли результаты анализа. Зайдя в детскую, где Лина играла с девочкой, Костя с горящими глазами объявил:
– Мои догадки подтвердились!

Он опустился перед Мариной на корточки, бережно взял её маленькие ручки в свои и начал говорить:
– Я хочу рассказать тебе кое-что очень важное для нас всех. Особенно для тебя и меня. Понимаешь, я твой дядя – брат твоей мамы, Алёны. Мы с тобой кровные родственники.

Девочка несколько секунд молча смотрела на него, а затем неожиданно крепко обняла Костю, как только могла для своего возраста.

Лина и Костя были поражены, когда услышали нежный голосок Марины:
– Значит, теперь у меня действительно есть настоящая семья? И я больше никогда не останусь одна?

Не в силах вымолвить ни слова, Лина тихо всхлипнула и улыбнулась сквозь слезы счастья. Костя же, глядя на жену, по-отцовски обнял обеих своих самых дорогих женщин – свою любимую супругу и внезапно найденную племянницу. В этот момент их семья стала по-настоящему полной.

— Мам, а ты плакала, когда я родилась? — неожиданно спросила Ольга.

Анна Сергеевна замерла, её рука повисла в воздухе, будто застыла на полпути к чашке с чаем. Глаза затуманились, и она осеклась, так и не договорив начатую фразу.

На столе лежал потрёпанный жёлтый конверт, похожий на старый, выцветший лист бумаги. Такие письма никогда не принесут радостных новостей — они приходят, чтобы перевернуть всё вверх дном. Анна Сергеевна смотрела на печати, аккуратные строки текста, но видела лишь одно: «В результате проверки архивных документов роддома №4 за 1984 год обнаружена ошибка…» Дальше буквы таяли, превращаясь в размытые пятна.

Двадцать лет назад… Роддом был наполнен запахами хлорки и молока. Молодая Аня держала на руках крошечного человечка, поглощённая этим удивительным чувством материнства. Она помнила каждую деталь: как дрожали её пальцы, касаясь нежной щёчки малышки, как пересчитывала маленькие пальчики на ручках и ножках, как впитывала каждый вздох ребёнка.

Чай остывал на столе, сахар давно растворился в напитке. За окном шумел октябрьский ветер, швыряя мокрые листья на стекло. Анна Сергеевна подошла к серванту и достала старый фотоальбом. Вот Оля делает первые шаги, вот она в первый класс идёт с огромным белым бантом, вот получает медаль на выпускном… Каждое фото было отпечатком её души, каждая фотография — каплей любви и гордости.

— Представляешь, мам, профессор говорит, что у меня уникальный подход к анализу текстов! — Ольга была в восторге, размешивая сахар в чашке. — Он утверждает, что такого видения литературы он давно не встречал.

Анна Сергеевна внимательно наблюдала за дочерью, запоминая каждое движение, каждый оттенок голоса. Да, Оля всегда отличалась особенным складом ума — острый интеллект, глубокое понимание слов, нестандартное мышление. Ничего общего с её собственной любовью к точности и порядку, свойственной учительнице математики.

Бумаги из конверта, которые она держала в руках днём, теперь словно пылали внутри неё. Где-то там, в другой жизни, существует девочка, чья кровь связана с её собственной. Возможно, она решает сложные уравнения, возможно, тоже любит порядок и чёткость, как она сама. А здесь — Оленька, такая близкая и одновременно такая другая.

— Мам, сегодня ты какая-то странная, — Ольга наклонилась, заглядывая ей в глаза. — Что-то случилось?

Анна Сергеевна встретилась взглядом с дочерью — карими, глубокими глазами, совсем не похожими на её серые. И она увидела там всю свою жизнь: бессонные ночи у детской кроватки, тревоги за каждый шаг, радость от каждого успеха. Как может какой-то клочок бумаги перечеркнуть эти двадцать лет?

— Просто немного устала, — она улыбнулась, поглаживая Олину руку. — Расскажи мне ещё про университет.

Когда Ольга уехала, Анна Сергеевна снова достала конверт. Её пальцы дрожали, когда она взяла спички. Пламя быстро охватило бумагу, превращая её в пепел. В камине догорали документы, вместе с ними исчезали и мучительные сомнения, страхи, вопросы.

Материнское сердце не знает границ. Оно просто любит — без условий, без ограничений, навсегда. Для неё Оля всегда будет её дочерью, неважно, что говорят бумажки.

Осенний ветер гонял по дорожкам опавшие листья, создавая причудливые завихрения. Виктория стояла у окна, задумчиво глядя на свой запущенный сад. За последние годы он превратился в настоящий хаос из кустарников и высокой травы — что-то между диким лесом и заброшенным участком.

— Нужно что-то решать, — тихо произнесла она, обращаясь скорее к самой себе.

Включив ноутбук, Виктория открыла почту. Ее взгляд упал на письмо от Елены Сергеевны, давней знакомой из бизнес-кругов. Та расхваливала молодого садовника:
«Кирилл — просто мастер своего дела. За несколько месяцев он полностью преобразил мой сад, вернув ему былую красоту».

Женщина задумалась. Сад действительно требовал серьезного внимания. Этот особняк она приобрела три года назад, когда решилась начать новую жизнь. Однако благоустройство территории так и осталось делом будущего.

Ее мысли невольно переключились на старую фотографию в рамке, которая все еще стояла на полке. На снимке Виктория и Алексей — молодые, счастливые, только вернувшиеся из свадебного путешествия. Она поморщилась, перевернула рамку лицом вниз.
— Хватит жить прошлым, — строго сказала она себе.

Прошло уже пятнадцать лет с того рокового дня, когда Алексей исчез из ее жизни. Без объяснений, без предупреждений. Виктория до сих пор помнила каждую деталь того утра. Муж проснулся рано, как всегда, поцеловал ее в щеку и сказал:
— Сегодня буду поздно, не жди меня с ужином.

Это были его последние слова. Больше она его не видела. Первое время она была словно потеряна: обзвонила всех возможных друзей и знакомых, но никто ничего не знал. Алексей словно испарился. Ни следа, ни намека на то, куда он мог отправиться. Казалось, этот человек никогда и не существовал в ее жизни.

Позже пришло заявление на развод. Он действовал через адвоката, даже не удосужившись встретиться с ней лично. Только спустя долгое время Виктория начала понимать, насколько мало она знала о своем муже. Он появился внезапно, красиво ухаживал, был внимателен и заботлив. Но о своем прошлом говорил мало, часто уходил от темы разговора шутками. А она, поглощенная чувствами, не замечала тревожных сигналов.

Телефонный звонок вырвал ее из воспоминаний. Это была Елена Сергеевна, напоминающая о молодом садовнике.
— Да, пусть приезжает завтра в десять, — ответила Виктория после небольшой паузы.

На следующее утро она ждала гостя в своем домашнем кабинете. Ровно в десять раздался звонок в дверь.

На пороге появился молодой человек. Высокий, подтянутый, с уверенной осанкой и спокойным, но в то же время внимательным взглядом.

— Здравствуйте, меня зовут Кирилл. Елена Сергеевна упоминала, что вам требуется помощь садовника? — произнес он, слегка кивнув.

Виктория провела его по территории, показывая масштаб работы. Кирилл двигался неторопливо, тщательно осматривая каждый уголок участка, делая пометки в блокноте и задавая конкретные, профессиональные вопросы.

— Работы действительно много, но ничего нереального. За два-три месяца мы сможем привести все в идеальный порядок, — резюмировал он после обхода.

Его уверенность была заразительной, и Виктория сразу почувствовала, что сделала правильный выбор. Они договорились о деталях, и Кирилл начал работу уже на следующее утро.

Женщина часто наблюдала за ним из окна своего кабинета. Что-то в его манере работы завораживало: каждое движение было выверенным, без лишней спешки или хаоса. Он словно чувствовал природу, понимая, как с ней работать правильно.

Постепенно сад преображался. Исчезли заросли сорняков, появились четкие линии дорожек, а на месте хаотичных кустарников возникли аккуратные клумбы. Кирилл трудился с раннего утра до позднего вечера, делая перерыв лишь для короткого обеда. Со временем Виктория начала привыкать к его постоянному присутствию. Иногда они беседовали — о растениях, погоде, литературе. Оказалось, Кирилл был не только отличным специалистом, но и интересным собеседником.

Несмотря на это, что-то в нем вызывало у Виктории смутное чувство déjà vu. Его неторопливая речь, жесты… Все это напоминало ей Алексея. Она старалась отгонять эти мысли, считая их случайностью.

Однажды, проходя мимо окна, она заметила, как Кирилл рассматривает старую беседку, почти полностью скрытую виноградными лозами, стоявшую в дальнем углу сада. Виктория спустилась во двор.

— Красивая конструкция, — заметил Кирилл. — Жаль, что заброшена. Хотите, я могу взяться за ее реставрацию?

Ответ последовал резкий и категоричный:
— Не стоит.

Беседка была местом, где она с Алексеем проводили множество вечеров. Там он сделал ей предложение. В другой жизни, в другом доме, который Виктория покинула, когда воспоминания стали слишком болезненными. Кирилл удивленно взглянул на хозяйку, но больше не стал настаивать.

Той же ночью Виктория просматривала старые документы в своем кабинете. Ее взгляд зацепился за фотографию Алексея. Она замерла, вглядываясь внимательнее. Молодой Алексей на снимке был удивительно похож на Кирилла. Те же черты лица, тот же разрез глаз. Даже родинка на щеке находилась в том же самом месте.

Холод пробежал по спине. Совпадение? Или что-то большее?

На следующее утро Виктория特意 вышла в сад пораньше. Кирилл уже был там, занятый подрезанием разросшихся кустов.

— Доброе утро, — окликнула она его.

Кирилл обернулся, и Виктория снова почувствовала, как дыхание перехватывает. В утреннем свете сходство казалось еще более очевидным.

— Холодно сегодня, — сказала она, протягивая ему термос. — Возьмите горячий чай.

— Спасибо, — ответил он с улыбкой, которая почему-то показалась ей знакомой до боли.

— Сколько времени вы занимаетесь садоводством? — спросила Виктория, стараясь сделать вопрос непринужденным.

— Официально работаю чуть больше года, но фактически уже около трех лет, — ответил Кирилл.

— А почему выбрали именно эту профессию? — продолжила она.

Он пожал плечами.
— Люблю природу. Нравится видеть результат своих усилий. Да и отец с детства приучил к работе в саду.

— Папа? И как его имя? — спросила Виктория, стараясь сохранять спокойствие.

— Алексей, — ответил Кирилл без тени колебания.

На мгновение мир вокруг показался нестабильным. Виктория схватилась за ствол ближайшего дерева, чтобы устоять на ногах.

— Вам дурно? — обеспокоенно произнес Кирилл.

— Нет-нет, просто слегка закружилась голова, — выдавила она, поспешно направляясь к дому.

Захлопнув дверь кабинета, женщина рухнула в кресло. Мысли кружились хаотично, словно осенние листья в порыве ветра. Кириллу девятнадцать лет. Алексей исчез пятнадцать лет назад. Это означало только одно: во время их брака он уже был отцом ребенка от другой женщины. Все их планы, разговоры о детях… Ложь. Сплошная ложь.

Гнев поднимался внутри, перехватывая горло. Пятнадцать долгих лет она винила себя. Думала, что, возможно, была недостаточно хорошей женой, допустила ошибку. Но правда оказалась совсем иной: Алексей вел двойную жизнь.

Кирилл. Его сын. Каждый день в ее саду. Каждый взмах руки, каждая улыбка напоминали об Алексее. Молодой человек даже не подозревал, кто она такая для него.

Дни шли, а Виктория продолжала наблюдать за работой садовника. Теперь каждый жест отзывался болью. Она замечала все больше черт, роднявших его с отцом.

Однажды утром Кирилл принес ей букет свежесрезанных роз.

— Первое цветение, — улыбнулся он. — Посмотрите, какие они красивые.

Виктория застыла. Алексей всегда дарил ей розы. Говорил, что они такие же прекрасные, как она.

— Уберите это, — резко бросила она. — Я ненавижу розы.

Кирилл опешил, опуская цветы.

— Простите, я не знал…

— Вы многого не знаете, — процедила Виктория сквозь зубы.

Молодой человек удивленно посмотрел на хозяйку. Ее внезапная перемена настроения явно сбила его с толку.

Виктория отвернулась, пытаясь справиться с эмоциями. Весь вечер она просидела в кабинете, перелистывая старый фотоальбом. Счастливые моменты с Алексеем теперь казались насмешкой. Сколько еще было лжи в их отношениях?

— Ненавижу, — прошептала она, захлопывая альбом.

Но что делать с Кириллом? Рассказать правду? Прогнать? Или сделать вид, что ничего не произошло?

Она достала телефон, собираясь написать Елене Сергеевне. Возможно, знакомая знает что-то важное. Но в этот момент в дверь постучали.

— Виктория Андреевна, можно войти? — Кирилл стоял на пороге. — Хотел извиниться за розы. И задать один вопрос.

Женщина молча кивнула, приглашая его внутрь. Кирилл медленно переступил порог.

— Знаете, я давно хотел рассказать вам о своей семье…

— Что именно? — Виктория старалась сохранить спокойствие в голосе.

— Про отца. После того как я назвал его имя, между нами что-то изменилось.

Ее сердце забилось чаще.

— Почему ты так решил?

— Я замечаю, как вы смотрите на меня. Будто видите призрака. И эти резкие изменения настроения… Вы знали моего отца?

Виктория глубоко вдохнула.

— Расскажи мне о своих родителях. Какими они были? — попросила она, хотя уже знала ответ.

Кирилл опустился в кресло, лицо его омрачила грустная улыбка.

— Я плохо помню их. Мне было четыре, когда их не стало.

— Что? — Виктория резко выпрямилась, словно электрический ток прошел по ее телу. Комната закружилась перед глазами.

— Меня воспитывал дядя Леша — брат моего отца, близнец. Он стал для меня обоими родителями, — продолжил Кирилл.

— Близнец? — переспросила Виктория почти шепотом, чувствуя, как сердце сжимается в груди.

— Да. Они были удивительно похожи. Вероятно, поэтому я так напоминаю вам того человека, которого вы знали. Дядя Леша официально усыновил меня, и с тех пор я называю его отцом.

Виктория закрыла лицо руками, пытаясь справиться с нахлынувшими эмоциями. Все эти годы она жила в неведении…

— Пятнадцать лет назад Алексей был моим мужем, — начала она дрожащим голосом. — Он исчез внезапно, не объяснив ничего. Теперь все становится ясным. Он выбрал тебя. Решил, что должен взять на себя роль отца вместо своего брата. Стал опорой для осиротевшего племянника.

Кабинет окутало молчание, прерываемое лишь тиканьем старинных часов. Наконец Виктория нарушила тишину:

— Я хочу встретиться с ним. Ты можешь это организовать?

Через несколько дней Алексей вошел в дом Виктории. Он постарел: седые виски, глубже стали морщины на лице. Но все та же уверенная осанка, те же прямые плечи.

Они долго молча смотрели друг на друга. Между ними застыли пятнадцать лет боли, обид, недосказанности.

— Прости меня, — первым нарушил молчание Алексей. — Я должен был все объяснить. Тогда мне казалось, что это единственный правильный путь.

— Правильный для кого? — тихо спросила Виктория.

— Для всех нас. Я не мог оставить Кирилла одного. Его родители погибли, а мальчику нужен был отец. А ты… Ты строила карьеру, мечтала о своих детях. Я не мог взвалить на тебя ответственность за чужого ребенка.

— Ты должен был дать мне выбор, — произнесла она, и голос дрогнул.

— Знаю. Теперь я это понимаю.

Они говорили до глубокой ночи. О том, что было, и о том, что есть сейчас. О больших и малых обидах, о прощении. О любви, которая не угасла даже после стольких лет разлуки.

Утром Кирилл застал их в гостиной: Виктория спала, уютно прильнув к плечу Алексея, а тот смотрел на нее, словно боялся, что она вот-вот исчезнет.

— Теперь все изменится? — спросил Кирилл.

Алексей улыбнулся, но в этой улыбке сквозила печаль.

— Теперь все будет правильно. Так, как должно было быть изначально.

Виктория медленно открыла глаза и увидела их обоих — двух людей, которые теперь занимали важное место в ее жизни. Мужчину, которого она никогда не переставала любить, и парня, так поразительно похожего на него.

— Останьтесь, — просто сказала она. — Оба.

В саду распускались розы. Теперь они уже не вызывали у Виктории горьких воспоминаний. Наоборот, эти цветы снова стали символом любви, надежды и новой жизни. Жизни, которую она начинала заново — вместе со своей новой семьей.

Вероника возвращалась с дачи, которую безуспешно пыталась продать уже второй месяц. Выехав на трассу, она заметила у обочины двух девочек и притормозила. Они сидели на табурете, выстроив пирамидку из банок с вареньем. Девочки, примерно десяти лет, выглядели весьма серьёзными, скрестив ручки на груди.

Вероника решила развернуть машину и подъехать поближе. Оказалось, что одна из них всего лишь наблюдает за процессом:
— Я не торгую, — пояснила старшая. — Просто сижу с Настей для компании.

Направив свой вопрос к младшей, Вероника спросила:
— А из чего сделано твоё варенье, Настя?

Девочка показала на наклейку, прикрепленную к банке:
— Там всё написано.

Покупательница взяла одну из банок и внимательно прочитала надпись, выполненную аккуратными чёрными печатными буквами: «Варенье с предсказанием». Под этим крупным заголовком красовалась пометка помельче, написанная красным: «Смородина». Крышка была плотно закрыта бумагой, перевязанной суровой нитью.

— Интересное дело, — удивлённо протянула Вероника. — Такое впечатление, будто это какой-то особенный бренд!

— Это мой дедушка Дима делает, — гордо ответила Настя. — Он работает лесником и собирает ягоды в лесу.

— А где же предсказания? — полюбопытствовала женщина.

— Под обёрткой, — серьёзно ответила девочка. — Кто первый откроет, тому и сбудется.

— А кто сочиняет эти предсказания? — продолжила расспросы Вероника.

— Не сочиняет, — возразила Настя. — Деду они снятся, а он записывает их каждое утро.

Женщина рассмеялась, но идея показалась ей забавной. Она вспомнила, что больная свекровь просила привезти что-нибудь сладкое, и решила взять баночку. Положив её в сумку, она отправилась в больницу.

Зайдя в палату, Вероника достала банку и показала её свекрови:
— Тамара Васильевна, у меня для вас сюрприз!

Женщина слабо улыбнулась и попросила поставить варенье на тумбочку. Но тут в палату вошёл врач.

— Здравствуйте, Вероника. Вы же знаете, что Тамаре Васильевне необходимо соблюдать строгую диету. Мы никак не можем добиться стабильной ремиссии. Что это вы ей принесли?

— Варенье… Ей же можно варенье, — пробормотала Вероника, чувствуя себя неуютно перед строгим доктором.

— Можно, но осторожно. Смородина может быть слишком кислой, а сейчас любая кислота для желудка…

Не успела Вероника ответить, как врач быстро снял обёртку с крышки банки. Его взгляд остановился на бумажке, и он замер…

Тамара Васильевна слегла вскоре после того, как потеряла единственного сына Алексея. Он был исполнительным директором небольшой фирмы, встретил Веронику, женился. Молодые сняли квартиру-студию, мечтая накопить на ипотеку. Однако судьба распорядилась иначе: Алексей погиб в автокатастрофе, а его мать тяжело заболела сразу после похорон.

Вероника не смогла оставить одинокую свекровь, пережившую такую потерю. Она переехала к ней, бросив свои планы, и стала заботиться о женщине, словно о родной матери. Теперь весь медицинский персонал знал эту странную невестку, которая живёт с бывшей свекровью и самоотверженно ухаживает за ней.

А тут ещё мать Вероники попросила её заняться продажей их дачи, которой никто не пользовался — ни она сама, ни брат с его семьёй.

Дачный участок располагался в живописной деревушке у края густого соснового леса. Раньше там стоял старый деревянный домик, но позже построили современный двухэтажный кирпичный особняк, надеясь, что летом здесь будут собираться все поколения семьи. Однако судьба распорядилась иначе: Вероника до 34 лет так и не вышла замуж, а её младший брат ненавидел деревенские поездки, считая их лишь поводом для выполнения бесконечных обязанностей. Так и простояла дача, медленно зарастая сорняками и теряя свой первоначальный вид.

Именно в этой деревне жил опытный лесник, дедушка Дима, который большую часть года проводил в своей сторожке глубоко в лесу, а зимой перебирался в скромный домик в деревне.

К нему иногда приезжала внучка Настенька, которая страдала от постоянного кашля. Чтобы помочь ей, дед готовил целебное варенье из молодых шишек и сосновых почек. Однако девочка не любила терпкий вкус хвойного лакомства, поэтому находчивый дедушка начал подкладывать под обёртки банок записки с предсказаниями. Этот трюк заставил Настю есть хотя бы чайную ложку лечебного варенья трижды в день, и вскоре её кашель прошёл.

Идея с предсказаниями понравилась дочери лесника, матери Насти, которая стала предлагать такое варенье друзьям и знакомым. Люди охотно брали необычные подарки для родственников, а владельцы малых компаний заказывали его для новогодних презентов сотрудникам. Бизнес prosperировал, и дедушке больше не требовалось выносить товар на дорогу.

Но история с банкой, которую купила Вероника, оказалась совершенно особенной…

Сняв обёртку с крышки, доктор обнаружил под ней фотографию, сделанную Polaroid-камерой. На снимке был запечатлен мальчик лет девяти с связанными верёвкой руками рядом с лесной сторожкой. За его спиной крупный мужчина в камуфляже держал его за капюшон. На обратной стороне карточки ровным почерком было написано: «Серебряковка, лесничество, квартал 50, 325» и указана дата.

— Где вы достали эту банку? — спросил врач, удивлённо глядя на Веронику.

— На трассе возле Серебряковки, — ответила она.

— Это нужно срочно передать в полицию, — заявил он. — Кто-то стал свидетелем похищения и нашёл такой способ сообщить о происшествии.

У Вероники похолодело внутри. Свидетелем, скорее всего, был дедушка Насти! Но почему он выбрал именно этот метод? Почему не обратился к местному участковому? Может быть, ему угрожали?

Она встревоженно добавила:
— Давид Евгеньевич, а если это как-то повредит ребёнку? В конце концов, некоторые правоохранители сами связаны с преступными кругами.

Доктор, который уже успел забыть о проверке кислотности варенья, задумчиво поковырял содержимое ложкой и поднёс её ко рту.

— Да, возможно. Если это профессиональные похитители, у них могут быть осведомители в органах.

— И что же делать? — растерянно спросила Вероника. — Мы ведь не можем игнорировать этот сигнал о помощи.

— Не знаю… — пробормотал врач, направляясь к выходу. — У меня всё отделение просит о помощи, а я должен лечить всех, так что простите, без меня.

Обернувшись перед дверью, он добавил:
— Варенье достаточно сладкое, так что Тамаре Васильевне можно позволить немного.

Вернувшись домой в глубокой задумчивости, Вероника включила местные новости и вдруг вздрогнула, схватившись за сумочку. Достав фотографию с мальчиком, она сравнила её с тем, что демонстрировали по телевизору.

В новостях сообщалось о похищении девятилетнего сына известного предпринимателя из спорткомплекса. По данным следствия, злоумышленники нейтрализовали охранника и вывели ребёнка в спортивной сумке. Камеры зафиксировали их передвижение до стоянки, после чего следы исчезли. В конце репортажа прозвучали номера телефонов полиции и родителей мальчика.

Вероника сделала снимок экрана и замерла, чувствуя, как дрожат руки. Мальчик на фотографии из банки был тем самым ребёнком, о котором говорили в новостях. В этот момент раздался звонок – это был лечащий врач свекрови.

– Добрый вечер, Вероника. Вы случайно не смотрите региональные новости? – спросил он.

– Смотрю, Давид Евгеньевич. Это точно тот самый мальчик! Я хочу позвонить его родителям, – ответила она.

– Правильно делаете. Представляю, что они сейчас переживают. А я тут подумал… У меня есть друг детства, который раньше служил в спецназе. Он мог бы помочь организовать спасательную операцию.

– Нет-нет, лучше пусть решают сами. Мы не можем действовать самостоятельно, – возразила Вероника.

– Ладно, но запомните его контакт, если что-то пойдёт не так, – сказал врач.

Поблагодарив, она набрала номер, указанный в новостях. Когда трубку взял отец мальчика, её голос едва слушался:

– Здравствуйте. У меня есть информация о вашем сыне. Может быть, встретимся?

Мужчина помолчал и ответил:
– За нами могут наблюдать. Где нам безопаснее увидеться?

Подумав, Вероника предложила:
– В больнице, в терапевтическом отделении на втором этаже. Там есть холл для посетителей.

– Отлично, – поблагодарил бизнесмен и повесил трубку.

Она поднялась в указанное место и ждала. Через несколько минут вошли мужчина и женщина, представившиеся Валерием и Валентиной Корсаковыми. Сев рядом, Вероника достала фотографию и протянула её Валерию. Увидев сына с связанными руками, он побледнел и схватился за грудь. Жена попыталась взять фото, но он прижал его к себе:

– Не надо, Валя. Это слишком страшно для тебя.

Валентина закрыла лицо руками и начала всхлипывать:
– Боже мой, Костик…

– Откуда у вас это? – тихо спросил Валерий.

Вероника рассказала о покупке варенья и фотографии под обёрткой, объяснив, что, вероятно, её сделал местный лесник.

– Прямо в банке? – удивился Валерий.

– Под крышкой. Девочка сказала, что её дед – лесник. Возможно, это единственный способ, которым он смог передать информацию.

– Тогда нужно немедленно отправляться туда, – заявил мужчина. – Я знаю, сколько они требуют. Даже за неделю мне не собрать такую сумму.

– Но ты же понимаешь, что они вооружены! – воскликнула Валентина.

– Я тоже не безоружен. И готов положить всех, кто стоит между мной и моим сыном, – хмуро ответил Валерий.

– Подождите, – вмешалась Вероника. – Вашего врача можно попросить связаться с его другом из спецназа. Возможно, специалист сможет всё организовать?

Валерий недовольно посмотрел на неё:
– Это займёт время.

– Валера, послушай, – мягко сказала Валентина. – Дело серьёзное. Давай обратимся за помощью.

Вероника снова позвонила врачу, и через несколько минут он вошёл в холл вместе с крупным мужчиной.

– Арсен, это друзья нуждаются в помощи, – представил он.

Компания покинула больницу и села в машину Валерия. На одном из поворотов он неожиданно направился к коттеджному посёлку.

– Куда мы едем? – испугалась Валентина.

– Тебе лучше остаться дома, дорогая. Это дело для мужчин, – сказал он, открывая ворота особняка.

Несмотря на её попытки возразить, Валерий так строго посмотрел, что она, шмыгая носом, вышла из автомобиля и перекрестилась несколько раз.

Доехав до места, где Вероника купила варенье, они обнаружили, что девочек уже нет. Решили проехать в деревню и расспросить жителей о Насте.

Вероника заметила одну из девочек, которые были там ранее, и попросила Валерия остановиться.

– Эй! – окликнула она. – Не знаешь, где найти Настю?

Девочка обернулась и узнала Веронику:
– О, это вы! Настя уехала к родителям. Но если хотите купить ещё варенье, вам нужно ехать по этой дороге до конца. Там, у самого леса, дом с зелёной крышей. Там живёт дедушка Дима.

Вероника вернулась в машину. Арсен обратился к Валерию:
— Доехать до самого дома рискованно, за ним могут наблюдать. Лучше остановиться немного раньше. Пусть Вероника подойдёт к дому одна и поговорит с хозяином.

Так и решили. Увидев дом с зелёной крышей в конце улицы, они остановились, выпустив Веронику. Она, взяв сумочку, направилась к дому. За невысоким забором тут же раздался лай собаки. Выглянув из-за двери, появился невысокий седовласый мужчина.

— Чем могу помочь? — спросил он.

— Я насчёт варенья, — ответила Вероника, замечая, как лицо лесника мгновенно изменилось.

— Проходите, — быстро сказал он, пропуская её внутрь и успокоив собаку.

Внутри Вероника сразу рассказала о цели своего визита:
— Недалеко отсюда, ниже по улице, находится машина. Там отец мальчика и его помощник. Оба вооружены.

Дедушка Дмитрий покачал головой:
— Они что, собираются устроить перестрелку прямо в лесу?

— Вы бы видели Валерия, когда он увидел фото сына, — возбуждённо продолжила она. — Он был готов ехать без всякой подготовки! Как я могла его остановить?

Лесник объяснил ситуацию:
— Когда те люди появились в наших краях, начальник егерской службы запретил мне заходить в тот район леса и задавать лишние вопросы. Чтобы я не наделал глупостей, как выразился он, потребовал временно сдать свой смартфон, оставив лишь рацию. Избушка, где они прячутся, отлично подходит для их целей — мало кому известное место. Я, конечно, повиновался, но однажды, обходя соседние участки, услышал детский крик. А потом звук, будто кто-то зажал ребёнку рот. В лесу слышимость отличная. Это потрясло меня. С того момента этот крик не выходил из моей головы. И я решил, что должен помочь, хотя не знал даже пол ребёнка.

— Вы выбрали день, когда ветер заглушал все звуки, — предположила Вероника.

— Именно. Я знаю тропы, которые ведут к этой избушке, но там даже человеку не пройти. Засел в кустах, прихватив с собой фотоаппарат. Увидел, как какой-то здоровяк вывел мальчика на верёвке. Щёлкнул фотоаппаратом и затаился. Позже услышал, как бугай стучит в дверь уборной: «Эй, ты там что, уснул?» Тогда я сделал второй снимок, правда, мальчик на нём получился менее чётко. Подумал: улики есть, а куда их передать? Дочь с мужем уехала в горы, оставив внучку. Вот тогда я и придумал эту торговлю на трассе. Сам не мог показаться, чувствовал слежку. В деревне у нашего участкового свои люди. Пришлось попросить Насти, — вздохнул Дмитрий.

— Значит, правильно сделали, что не подъезжали к дому? — уточнила Вероника.

— Конечно! — подтвердил он. — Сейчас нужно продемонстрировать, что вы просто купили у меня варенье. А потом, когда стемнеет, отправимся к избушке. По ночам там обычно один охранник, справимся.

Они вышли за калитку, держа в руках две баночки варенья. Вероника подняла их к свету:
— Спасибо вам огромное! Свекровь говорит, что ваше варенье — лучшее, что она пробовала. Мы обязательно вернёмся, так что приготовьте ещё из ежевики и морошки.

Дедушка Дмитрий игриво подмигнул, галантно поцеловав её руку. «Настоящий актёр», — подумала она.

Вернувшись в машину, Вероника сообщила:
— Ребята, придётся нам здесь провести время до вечера. Предлагаю отъехать куда-нибудь перекусить, а ближе к ночи вернуться. Дядя Дима сказал, что в избушке остаётся только один охранник.

— Дядя Дима? — удивлённо переспросили мужчины.

— Да, это наш лесник. Очень приятный человек, — улыбнулась Вероника.

Они выехали на трассу и через несколько километров остановились у небольшого кафе. Заказав еду, все начали звонить близким: Вероника — матери и свекрови, Валерий — жене. Лишь Арсен остался без звонков, а когда остальные закончили, он велел отключить телефоны. Валерий потянулся за сигаретой, но Арсен строго запретил:

— Ни в коем случае. Если пропитаетесь табачным запахом, в лесу сразу обнаружат вас. Подождите ради сына.

Валерий виновато спрятал пачку обратно.

Когда стемнело, они вернулись в деревню, припарковались у поворота и двинулись пешком к дому лесника. Страж дома уже был убран в конуру, и гости беспрепятственно вошли внутрь. Здесь они распределили роли.

Арсен объявил:
— За здоровяка беру ответственность я.

— Только не слишком жёстко, — попросил Валерий. — Не напугай ребёнка.

— Никакой жестокости, — успокоил его Арсен, доставая пузырёк. — Давид Евгеньевич дал мне хлороформ. Этот клиент проспит до самого утра.

Дедушка Дмитрий должен был наблюдать снаружи, прислушиваться к лесу и подать сигнал, если что-то пойдёт не так. Валерию предстояло забрать сына из избушки. Они решили взять с собой ножи для того, чтобы освободить мальчика от пут, да и на всякий случай. Вероника оставалась в доме лесника, создавая видимость обычной жизни хозяина.

Наконец, Дмитрий проводил их через чёрный ход во двор, велев лечь на землю и прислушаться. После этого они поползли вперёд, а оказавшись среди густых зарослей, встали и продолжили движение. Путь занял около часа. Луна беспощадно освещала тропинку, а в единственном окне избушки горел свет, очерчивая силуэт часового.

Дмитрий предостерегающе приложил палец к губам, и все замерли. Через некоторое время они услышали скрип входной двери. Арсен разулся и босиком скользнул во двор. Громкие звуки борьбы нарушили тишину, затем что-то тяжёлое упало на землю. Арсен выглянул из-за угла и позвал Валерия. Отец поспешил к нему, и вместе они ворвались внутрь.

Мальчик, укрытый тонким пледом, спал на кушетке, покрытой медвежьей шкурой. Рядом находилась раскладушка для охранника. Валерий заметил верёвку, привязанную к большому крюку в потолке, и одним быстрым движением перерезал её.

Ребёнок зашевелился. Валерий подхватил его вместе с пледом и выбежал наружу. Арсен побежал обуваться, а Дмитрий и Валерий с сыном на руках направились к заранее подготовленной дороге.

— Папа? — прошептал Костя, не веря своим глазам. — Как ты меня нашёл?

— Тише, сынок, потом расскажу, — ответил запыхавшийся Валерий.

Арсен вскоре нагнал их и взял ребёнка на себя, дав передохнуть отцу. Дмитрий уверенно вёл группу по знакомым тропам. Дойдя почти до Серебряковки, мужчины позволили себе перевести дух, но Арсен напомнил, что рано радоваться.

— Вероника, умеете водить? — спросил он.

Она кивнула. Валерий отдал ключи, и она помчалась за автомобилем. Мальчика усадили на заднее сиденье, рядом с Вероникой, а сам Валерий занял место за рулём.

Арсен тихо сказал леснику:
— А вам здесь не опасно оставаться?

— Нет, — ответил Дмитрий. — Утром я уйду в дальний квартал. Там меня никто не найдёт, только я знаю дорогу через болото.

— Берегите себя, — пожелали все трое. Валерий добавил:
— Пора ехать.

В дороге Вероника устроила голову Кости себе на колени. Мальчик казался сильно истощённым. Арсен и Валерий тихо разговаривали, а Вероника вскоре задремала. Она очнулась, когда машина остановилась.

Они стояли во дворе внушительного двухэтажного особняка Корсаковых. На крыльце собралась вся семья: мама, старшие дети, бабушки и дедушки, прислуга. Арсен, которого буквально заваливали благодарностями, чувствовал себя неловко. Увидев спящую Веронику, он тут же представил её всем:

— Это всё благодаря ей! Без её помощи ничего бы не получилось…

Вероника тут же оказалась в центре внимания, принимая объятия, рукопожатия и поцелуи. Такого семейного торжества она ещё никогда не видела.

Освободившись от благодарных хозяев, она обратилась к Арсену:
— Нам пора домой.

— Что?! Да ведь ночь на дворе, — возразила Валентина. — Выпейте хотя бы чаю после такого дня!

Не желая обидеть хозяйку, гости согласились. В ярко освещённой столовой Арсен с удивлением заметил следы ночного приключения на своей одежде: комочки земли и травинки. Но семья уже усадила его за стол, где, помимо чая, появились различные закуски. Для Вероники это стал самый поздний и самый сытный завтрак в 4 часа утра.

Попрощавшись с благодарными хозяевами, они отправились домой. Валерий вызвался их подвезти, и выяснилось, что Арсен живёт совсем недалеко от дома матери Вероники.

— Может, встретимся снова? — предложил Валерий. — Хочу как следует отблагодарить всех, особенно смелого дедушку Диму, который рискнул сделать тот снимок. Обязательно созвонимся!

Через неделю большая компания снова отправилась в Серебряковку. Дедушка Дима возился во дворе с каким-то новым изобретением, а вокруг него прыгала энергичная Настя. Увидев гостей, Дмитрий расплылся в широкой улыбке:

— А вот и наши герои! Только Костика почему не видно?

— Мальчик ещё восстанавливается и остался дома с мамой, — ответил Валерий. — Мы же решили навестить вас, узнать, всё ли спокойно после недавних событий.

— Спокойно, очень спокойно, — заверил лесник. — Начальник егерской службы подал в отставку, а охотничью избушку перенесли ближе к деревне. Я несколько дней держался в стороне, а потом соседка рассказала, что к ней заезжали на внедорожнике незнакомцы, расспрашивали о чужаках в этих местах. Она отлично среагировала: сказала, что здесь только её дочь с ребёнком появляется да покупатели варенья. Гости быстро разъехались ни с чем.

В этот момент из дома вышла румяная женщина с добродушной улыбкой, поздоровалась и пригласила всех на чай с горячими оладьями. Хотя гости поблагодарили, но вежливо отказались. Тогда Валерий достал из кармана конверт и протянул Дмитрию. Тот попытался было отнекиваться, но хозяин твёрдо произнёс:

— Папаша, примите это, не обижайте. Вы прекрасно понимаете, какой вклад внесли в нашу историю.

Внутри конверта оказалась банковская карта с внушительным балансом. Такие же конверты Валерий вручил и Веронике, и Арсену, который последнее время жил нестабильно, подрабатывая где придётся. Корсаков предложил Арсену стать постоянным телохранителем сына. Бывший спецназовец был приятно удивлён таким поворотом судьбы.

А дача матери Вероники, до сих пор стоявшая в Серебряковке, теперь уже никто не спешил продавать. Через год Арсен, связав свою жизнь с Вероникой, полностью преобразил дом, сделав его уютным и современным. Теперь это место стало любимым для встреч с друзьями.

Благодаря фотографиям Дмитрия и показаниям участников операции, все преступники, причастные к похищению, были найдены и получили заслуженное наказание.

Свекровь Вероники, которой она подробно рассказала о случившемся, переживала вместе с семьёй каждую деталь этой истории. Женщина то качала головой, слушая опасные моменты, то радостно улыбалась, узнавая о благополучном финале. Давид Евгеньевич, наконец, объявил наступление ремиссии и разрешил Тамаре Васильевне вернуться домой. Для неё это стало настоящим триумфом — она могла наконец-то продолжить жизнь в окружении своих близких.

Светлана сидела на скамейке у выхода из роддома. Её сердце было тяжело от осознания совершённой ошибки. Возможно, стоило оставить малыша здесь, чтобы государство взяло на себя заботу о ребёнке. Но выбора не было — у Светланы просто не осталось других вариантов. Как только её партнёр узнал о беременности, он исчез без следа. Позже выяснилось, что это был женатый человек, который искал лишь развлечений на стороне.

Она не могла бросить своего ребёнка. Теперь же, из-за её нерешительности, малыш рискует остаться без тепла и еды. Светлана, сквозь слёзы, смотрела на крошечный носик, выглядывающий из одеяльца.

Светлана рано потеряла родителей. Их дом сгорел через полгода после их смерти, пожарные уверяли, что виной всему стала старая проводка. Единственным выходом стало отправиться к тёте по отцовской линии. Однако тётя встретила её холодно: у неё и так было трое своих детей.

Светлана нашла работу и надеялась на лучшее. Затем она познакомилась с Савелием — привлекательным молодым человеком на дорогой машине. Когда тётя узнала о романе, она потребовала, чтобы Светлана покинула её дом. Савелий помог найти комнату в общежитии, но теперь даже эта крыша над головой была потеряна.

Светлана вытерла слёзы, пытаясь собраться с мыслями. Что же делать дальше?

За кустами раздался шум — две медсестры вышли покурить.

— Галь, ты видела, как сегодня Тамару Ивановну муж забирал? — спросила одна.

— Конечно. Жалко её, такая хорошая врач. Но никто от такого не застрахован. Она потеряла ребёнка и больше не сможет иметь детей, а каждый день принимает роды.

— Не знаю, как бы я справилась. Но она отличный доктор и замечательный человек.

— Да, они этой беременности так долго ждали. Им уже за сорок. А какой дом построили…

Светлана смотрела на сына и шептала: «Прости меня. Я надеюсь, всё получится, как я задумала».

Она направилась к церкви, чтобы обдумать своё решение. Внутри она почти час молча плакала и вышла только тогда, когда ребёнок начал беспокоиться. Найдя укромное место, она решила немного прогуляться.

В парке она наблюдала за утками, но долго оставаться там не могла. Вокруг было слишком много семей с детьми. Она понимала, что не сможет гулять с сыном или учить его играть в мяч. Её жизнь словно заканчивалась, но сердце и душа оставались с ребёнком.

Уже вечерело. Светлана стояла напротив нового дома с зелёной крышей. Окна были зажжены, но внутри никого не было видно. Она нежно поцеловала малыша в носик и пошла к дому, задыхаясь от рыданий и боли.

На просторном крыльце она аккуратно поставила коробку, найденную на свалке. Внутрь положила младенца, который сразу заплакал. Светлана крепко зажмурилась, и его крик эхом отдавался в её сердце.

Она нажала кнопку звонка и долго держала палец, затем стремительно побежала прочь. Затаившись за деревом, она вслушивалась в плач малыша. Из дома раздался громкий мужской голос:

— Тамара, сюда, быстрее!

Светлана стиснула зубами рукав куртки, сдерживая желание кричать и броситься к ребёнку.

На пороге появилась женщина, которая нежно подняла малыша на руки.

— Толя, заходи скорее в дом. Быстрее внутрь!

Дверь закрылась, и крик малыша растворился в тишине.

Измождённая, Светлана опустилась на холодную землю у ствола дерева. Она не знала, сколько времени прошло, пока не очнулась. Открыв глаза, она увидела, что уже стемнело. Светлана направилась к границе города — здесь для неё больше не осталось ничего. В кармане хранились документы, хотя они теперь казались бесполезными.

Через час она добралась до трассы, а ещё через полчаса её подхватила фура. Водитель, пожилой мужчина, направлялся на север, и она сказала, что ей нужно тоже туда.

— Матвей, как я счастлива тебя видеть! — воскликнула женщина, когда сын вышел из машины и тепло её обнял.

— Мама, перестань сидеть на жаре. Ты же знаешь про давление, — произнёс Матвей.

— Да брось эти глупости! Где моё солнышко?

Из машины вышла молодая женщина, держа на руках малыша. Мальчику было около двух лет; его глазки ещё были сонными, но едва он увидел бабушку, как сразу оживился:

— Ба!

— Иди ко мне, моя радость! — Тамара Ивановна широко раскрыла объятия.

Невестка передала ей внука и игриво заметила:
— На два дня ты остаёшься с ним, а мы с Матвеем можем немного отдохнуть.

Тамара Ивановна рассмеялась:
— Отдыхайте на здоровье! Вам — выходные, а мне — возможность видеть своего внучка раз в месяц.

Матвей подмигнул:
— Мам, мы обязательно отдохнём. Я привёз удочки, планирую научить Веру рыбной ловле. Как там наша речка? Не пересохла ли?

— Рыбалка? — фыркнула Вера. — Рыбы там давным-давно не осталось. А ты, вместо того чтобы провести время с мамой, собираешься торчать у воды! Лучше помог бы с заготовками. Помню, как раньше мы с твоей матерью готовили компоты и варенья…

Матвей theatrically вздохнул:
— Ах, поймали меня! Хорошо, займусь починкой забора. Давно пора это сделать. Кстати, вчера звонил Пашка, интересовался, как мы тут.

День пролетел незаметно, а Матвей хитро улыбался, так и не раскрыв главного: они приехали не просто на выходные, а на три недели отпуска. После смерти отца мать сильно изменилась, хотя старалась скрывать свои переживания.

Матвей давно обосновался в другом городе, продолжив дело матери и став известным врачом. Под его руководством проходили самые сложные операции и роды. Начинал он именно здесь, а затем получил предложение работать в новом перинатальном центре.

Вера, бухгалтер этого же центра, стала его спутницей жизни. Несмотря на их желание часто навещать родных, плотный график Матвея делал это затруднительным. Но сейчас они решили взять отпуск, чтобы помочь матери и заняться домашними делами.

На следующий вечер семья решила устроить шашлыки. Андрюша, их сын, весело играл в песочнице с машинками. Матвей и его детский друг Пашка составляли план ремонта крыши, а потом обсуждали работу над домом Павла. Последний шутил, что хороший план — это уже половина успеха, и повод для тоста.

Тамара Ивановна, возясь на кухне, делала вид, что сердится на мужчин, но её лицо светилось от счастья. Собраться всей семьёй было редкостью.

— Мам, у нас есть новости для тебя, — нарушил тишину Матвей.

— Что за новости, сынок? — с любопытством спросила она.

— Подожди, сначала я должен проверить твою реакцию, — усмехнулся он, легонько стукнув её полотенцем. — Мы остаёмся у тебя на три недели!

Тамара Ивановна опустилась на скамейку, потрясённая новостью:
— Почему ты не сказал раньше? Это же замечательно!

Она вытерла слёзы радости. Матвей обеспокоенно спросил:
— Мам, почему ты плачешь?

— Это слёзы счастья, дорогой, — ответила она, тепло улыбнувшись.

Семья долго разговаривала, обсуждая разные темы, и не заметила, как у ворот показалась незнакомая женщина. Матвей поднялся и направился к ней:

— Здравствуйте! Вы к нам? Прошу, входите, мама дома.

Женщина вошла во двор и неуверенно подошла к столу:
— Простите, если я помешала.

Вера внимательно рассматривала гостью, затем перевела взгляд на Тамару Ивановну и заметила, как та внезапно побледнела и схватилась за сердце.

— Тамара Ивановна, что с вами? — испуганно вскрикнула Вера, бросившись к ней.

Матвей и Пашка быстро усадили её в дом, измерили давление и дали успокоительное.

Когда Тамара Ивановна немного пришла в себя, Матвей вышел обратно во двор:

— А где та женщина? — спросил он, оглядываясь.

Вера посмотрела на мужа:
— Она исчезла, как только Тамаре Ивановне стало лучше. Не понимаю, кто это мог быть. Может, знакомая твоей мамы?

— Возможно, одна из наших дальних родственниц, — предположил Матвей.

Павел и Вера переглянулись с удивлением.

— Откуда такая уверенность, что она родственница? — спросила Вера. — Хотя… её черты действительно кажутся знакомыми. Посмотри в зеркало! Если бы я не знала вашу историю, подумала бы, что вы мать и сын, — задумчиво произнесла она.

Матвей озадаченно повернулся к Паше:
— Да, поразительно похожи. Клянусь, — добавил тот.

Матвей опустился на лавочку, погрузившись в размышления:
— Что это всё может значить? Может, она связана с моими биологическими родителями? Но почему я никогда раньше её не видел?

В этот момент раздался голос Тамары Ивановны:
— Нет, Матвей, она не наша родственница… для нас с твоим отцом. А вот для тебя… Да, она твоя настоящая мать.

Матвей побледнел, а Вера крепко сжала его руку:
— Кто? — прошептала она.

Тамара Ивановна глубоко вздохнула:
— Долго скрывала это от тебя. Все эти годы надеялась, что она больше не появится… Не понимала, почему так поступила. Но не находила сил начать этот разговор.

Она начала свой рассказ: как они с мужем мечтали о ребёнке, но судьба была к ним жестока. Потеря собственного малыша стала для неё настоящей трагедией. Но однажды их жизнь круто изменилась — вечерний звонок в дверь принес записку: «Пожалуйста, дайте ему то, что я не смогу. Подарите ему счастье.»

— В те времена, когда у нас были средства и авторитет в городе, мы восприняли это как знак свыше. Пришлось сменить место работы и ездить в другой район, чтобы избежать лишних вопросов. Со временем все забылось, и все считали тебя нашим родным сыном. Я люблю тебя всем сердцем, ты всегда был для меня самым дорогим человеком. Но Светлана… Она оставила тебя не просто так. Это не её выбор, поверь. Полгода назад она нашла меня, рассказала свою историю. Это была не её вина.

— Мам, ты хочешь, чтобы я встретился с ней? — спросил Матвей после долгой паузы.

Вера положила руку на плечо мужа:
— Думаю, это необходимо. Иначе эта загадка будет преследовать тебя.

— Но где её искать? — недоумевал Матвей.

Паша, подходя к калитке, заметил:
— Она там, стоит у дерева и плачет.

Матвей встал, не зная, что сказать этой женщине, которая когда-то его оставила. Мысли путались: он рос с любимой матерью и отцом, пусть теперь уже покойным. Эти образы казались прочными, но сейчас всё рушилось. Тем не менее ноги сами понесли его к ней.

— Здравствуйте. Нам нужно поговорить, — произнёс он неуверенно.

Женщина испуганно вскинула глаза, затем робко дотронулась до его плеча:
— Я ничего не хочу от тебя, Матвей. Просто выслушай меня…

Прошло три года. Матвей снова во дворе, где каждый свободный момент проводил в окружении семьи.

— Ма-ам! Где все? Разбирайте внуков! — весело крикнул он.

Из машины выбежал Андрей, за ним Вера с маленькой дочерью на руках. Навстречу выбежали Светлана и Тамара Ивановна.

— Ой, господи! Мы весь день в окно караулили, а всё равно опоздали! — засмеялась Тамара Ивановна.

Светлана приобрела дом неподалеку, и их отношения стали теплее. Первоначальная осторожность сменилась искренней дружбой. Теперь они вместе радовались внукам и обсуждали семейные дела. Вечерами обе женщины делились историями: Тамара — воспоминаниями о детстве Матвея, а Светлана — своими испытаниями.

Теперь у них сложилась особенная, но крепкая семья. Матвей часто шутил:
— Кто бы мог подумать — я, врач, помогающий женщинам стать матерями, сам оказался с двумя матерями, а у моих детей целых три бабушки! Жизнь полна сюрпризов.

Андрей припарковал свой автомобиль и окинул взглядом стоянку. Он действительно был одним из последних: вокруг уже выстроились роскошные машины, от Мерседесов до Nissan. В этот момент рядом раздался хруст снега.

— Здравствуйте, Андрей Николаевич.

— Привет, Василий. Как жизнь?

Перед ним появился Василий — местный сторож, человек весьма загадочный, но абсолютно надёжный. О его прошлом никто толком не знал, однако все были уверены: если что-то происходит за воротами банного комплекса, особенно когда здесь отдыхают влиятельные личности, Василий сохраняет молчание. Более того, он всегда находил выход из самых сложных ситуаций, которые случались с бизнесменами. Компаньоны понимали: без него они давно попали бы в передряги. Даже в состоянии алкогольного опьянения они, как ни странно, прислушивались к его советам.

— Отлично, Андрей Николаевич. Ключи, пожалуйста?

Андрей улыбнулся. Одно из их правил, которое никто никогда не нарушал: ключи от машин сдаются Василию, чтобы избежать возможных проблем. Вернуть их можно было только на следующий день, когда гости снова обретали ясность мышления.

Войдя в просторное помещение, Андрей услышал шутливый окрик:

— Андрюха! Ты опять опаздываешь. Штрафная!

По мере того как он расслаблялся в компании друзей, усталость после рабочей недели медленно отступала. Однако воспоминания о событиях этой ночи были расплывчатыми: долгие часы в парной, алкоголь, смех, весёлые девушки… Что-то внутри всё равно тревожило его, хотя он был свободным человеком и мог проводить время так, как считал нужным. Но чувство внутреннего дискомфорта не покидало.

Резко проснувшись среди ночи, Андрей сел на кровати, чувствуя головокружение. Вчерашний спор с Игнатом о том, кто дольше всех продержится на ногах, стоил ему победы. Хотя он прекрасно знал, что Игнат может пить бесконечно, он всё равно согласился на эту глупость. Теперь же ожидалось объявление желания, которое ему предстояло исполнить.

Повернув голову, он заметил спящую рядом девушку. Андрей поморщился, отвернулся и чуть улыбнулся, заметив на столике знакомый запотевший кувшин с напитком Василия. Этот секретный рецепт сторожа был настоящим спасением после бурных вечеринок.

— Не злоупотребляйте этим часто, — обычно предупреждал Василий. — Это всего лишь ягоды и травы, но пользы особой нет.

Несмотря на это, напиток работал безотказно, помогая вернуть силы и ясность мышления.

Через полчаса Андрей, собравшись с духом, спустился вниз. Гости уже сидели за столом, а Василий аккуратно разливал чай.

— Андрюха, давай присоединяйся! Мы тебя ждём!

Сев в кресло, Андрей надеялся, что друзья забыли о вчерашнем споре. Но их многозначительные взгляды быстро развеяли эти надежды.

— Ну что, Андрюха, готов? — начал Игнат с улыбкой.

— К чему готов? — насторожился Андрей.

— К исполнению своего проигранного обещания! Мы тут серьёзно подумали и подготовили тебе задание.

По их довольным лицам было видно, что идея им очень понравилась.

— Ладно, выкладывайте, — вздохнул Андрей, заранее понимая, что его ждёт что-то необычное.

— Послушай, ты единственный из нас, кто никогда не пробовал семейной жизни, — продолжил Игнат. — А мы все уже либо женаты, либо были замужем. Поэтому решили, что тебе стоит испытать «супружеское счастье».

Андрей нахмурился:

— Только не это. Я отлично живу один.

Игнат усмехнулся:

— Мы договорились, что ты должен жениться и прожить в браке минимум год. По-настоящему: совместное проживание, свидания, кино… Всё, как у нормальных пар.

Андрей фыркнул. Он ожидал подвоха, но такого поворота не предвидел.

— Хорошо. Но на ком? — спросил он, начиная обдумывать возможность договориться с кем-нибудь из знакомых о фиктивном браке. В конце концов, деньги решают многое.

– Мы решили, что тебе следует жениться на простой девушке, например, на доярке, – с усмешкой добавил Игнат.

Андрей едва не задохнулся от удивления:
– На доярке? Вы что, серьёзно?

– Конечно! Представь себе: деревенская девушка. Её не купишь деньгами, как это обычно происходит в городе, – заговорщицки подмигнул Игнат.

Друзья переглянулись, явно довольные своей идеей, а Андрей внутренне закипал. Они и раньше устраивали странные споры, но всегда выполняли условия безоговорочно. На этот раз задача казалась особенно сложной: найти за месяц доярку, которая согласится стать его «женой». Через тридцать дней он должен был представить её друзьям. Но где же взять такую?

Выйдя на свежий воздух, Андрей присел на бампер машины, глубоко затягиваясь сигаретой. Его мысли были заняты этой головоломкой.

– Что-то случилось, Андрей Николаевич? – прозвучал рядом спокойный голос Василия.

Андрей взглянул на сторожа:
– Да вот, нужно найти доярку, которая выйдет за меня замуж. Может, знаешь кого-нибудь подходящую? Я готов хорошо заплатить.

Василий внимательно посмотрел на него:
– Знаю одну.

Андрей резко поднялся:
– Правда?

Василий кивнул, но выражение его лица стало серьёзным:
– У меня есть племянница. Она хорошая девушка, но жизнь её сильно потрепала. Её сын тяжело заболел, и когда понадобились большие деньги на лечение, муж просто исчез. Пришлось ей переехать в деревню – там хотя бы воздух чище, молоко своё. Теперь она работает на ферме, чтобы хоть как-то собрать средства. Если бы не расходы на лекарства, давно бы уже нашла другую работу или даже устроилась на две должности. Ради сына она способна на многое. Может, стоит с ней встретиться?

Андрей задумался. Этот вариант показался ему вполне приемлемым.

– Ладно, Василий, дай адрес. Завтра отправлюсь.

Но планы пришлось изменить – последствия вечеринки дали о себе знать, и Андрей решил отложить поездку на день. На следующее утро он подготовился тщательно: купил конфеты для ребёнка, игрушечную машинку и отправился в путь. Старенький домик, который он увидел, был скромным, но аккуратным. Андрей постучался.

– Входите, – отозвался молодой женский голос.

Андрей вошёл и застыл. Первой его поразила пара ярко-синих глаз, словно два василька среди зелени. Только потом он заметил саму хозяйку – молодую, хрупкую, почти эфемерную. По виду ей можно было дать около тридцати, но она выглядела моложе своих лет.

— Я правильно понимаю, что вы Андрей? — её тихий голос вернул его к реальности.

— Да, здравствуйте, — кивнул он, стараясь собраться с мыслями.

— Проходите. Василий предупредил меня о вашем визите, — сказала она, указывая на стол, где аккуратно были разложены документы и медицинские справки. — Здесь всё о лечении Семёна: диагнозы, прогнозы и стоимость. Если сумма вас устраивает, я готова согласиться на ваши условия.

Андрей внимательно посмотрел на женщину, замечая следы бессонных ночей под глазами и скрытое отчаяние, которое она пыталась скрыть. В этот момент к ним подошёл худенький мальчик с такими же большими васильковыми глазами, как у матери.

— Здравствуйте, — робко произнес ребёнок.

Андрей присел на корточки и тепло улыбнулся:
— Привет, Сёмка. Я для тебя кое-что привёз.

Мальчик радостно заблестел глазами, а Андрей невольно подумал, что подарков следовало бы принести больше.

После того как они завершили формальности с документами, Андрей вышел на улицу и позвонил своему знакомому врачу из частной клиники, зачитав ему результаты анализов и диагнозы Семёна.

— Если всё в порядке, можем начинать лечение прямо сейчас, — объявил он, вернувшись в дом.

Валентина удивлённо подняла брови:
— Прямо сейчас?

— А зачем откладывать? Через два дня Семён уже должен быть на обследовании.

Она растерянно ответила:
— Мне нужно уволиться с работы и закрыть дела в деревне.

Андрей задумался на секунду, а затем предложил:
— Давайте так: сегодня я останусь с Сёмой, чтобы немного сблизиться, а вы тем временем всё уладите. Завтра утром выезжаем.

Когда они прибыли в особняк Андрея, Валентина осматривала просторные комнаты с явным недоумением.

— Вы здесь живёте один? — спросила она.

— Да. Только трижды в неделю приходит помощница для уборки и готовки. Почему вас это удивляет? — улыбнулся он.

— Пространства столько… — прошептала она.

Андрей пожал плечами:
— Это скорее вопрос имиджа. Вот, это будет ваша комната, кухня там, а ванная здесь. Если что-то понадобится, найдёте сами. Мне нужно отлучиться на работу.

Они зарегистрировали брак быстро и без лишнего шума, но друзья-бизнесмены всё же нашли способ заглянуть в гости, вооружившись цветами и подарками. Они явно хотели лично познакомиться с «новой женой».

— Кстати, спасибо, что предупредили заранее, хотя это заслуга Вали, — сказал Андрей.

— Ничего страшного. Пусть заходят. Я успела подготовить всё, да и продуктов у вас достаточно, — спокойно ответила Валентина.

— Разрешите, помогу, — поспешно добавил Андрей. Он был готов взять на себя любую работу, лишь бы провести время рядом с ней.

— Знаете что, Валя, давайте на «ты», — предложил он с мягкой улыбкой.

Когда последним уходил Игнат, оглядев просторную гостиную, он задумчиво протянул:

— Андрюха, не знаю, где ты её отыскал, но запомни: такая женщина достойна жить в комфорте и быть окружена заботой. Если когда-нибудь вздумаешь разводиться, дай знать. Она точно заслуживает лучшего.

Шесть месяцев пролетели незаметно, и Андрей так и не поднимал тему развода. К счастью, здоровье Сёмёна начало улучшаться стремительно. Доктор объяснил, что такое прогрессивное выздоровление часто происходит, когда организм получает все необходимые лекарства — болезнь просто теряет свои позиции.

Когда Сёмён получил разрешение провести выходные дома, Андрей предложил всей семьёй прогуляться в парке.

— Мамочка, можно? Я очень хочу гулять! Пожалуйста! — мальчик радостно хлопал в ладоши, не давая матери отказаться.

Валентина улыбнулась, и они отправились на улицу. Весна вступила в свои права: деревья распустились, воздух наполнился ароматом цветов. Этот день стал для Андрея особенным — он наблюдал за счастьем на лицах тех, кого полюбил. Особенно ярко Сёмён засиял, когда Андрей выиграл ему большого плюшевого медведя в тире. Увидев тревогу на лице Вали, он мягко успокоил её:

— Не переживай, положительные эмоции только помогают.

Валентина глубоко вздохнула:
— Трудно свыкнуться с мыслью, что теперь не нужно бояться за каждый вздох своего ребёнка.

Андрей почувствовал, что она собирается сказать что-то важное. Его сердце замерло. «Только не это… Только не о разводе,» — пронеслось в его голове.

— Я не знаю, какие были твои намерения, когда ты согласился на этот брак, но то, что ты сделал для нас, бесценно. Ты спас моего сына, — начала Валя, её голос дрогнул. — Я даже боюсь думать о том, как всё будет, когда мы с тобой расстанемся… Но мне нужно тебе кое-что рассказать. Игнат приезжал ко мне. Он говорил, что любит меня, готов бороться за моё внимание, утверждал, что я тебе не нужна. Я решила быть честной и сообщить тебе об этом.

Андрей сжал челюсти, стараясь сохранять спокойствие.

— И что ты ему ответила? — его голос прозвучал напряжённо.

Валя опустила глаза:
— Это сейчас уже не важно.

— Не важно? Для тебя, может, и нет, но для меня это всё. Знаешь, я никогда не планировал жениться. Если бы кто-то сказал мне полгода назад, что я буду страдать от мысли потерять любимую женщину, я бы просто рассмеялся. А теперь… — он замолчал, чувствуя комок в горле. — Что мне делать? Хотя… если ты выбрала Игната, я не стану тебя удерживать. Главное, чтобы вам обоим с Сёмой было хорошо.

Андрей отвернулся, пряча свои эмоции, но через секунду почувствовал её тёплую руку на своём плече.

— Я сказала ему, что не могу быть с ним, потому что люблю тебя, — тихо произнесла Валя.

Марина наблюдала, как её сын примеряет новый костюм перед зеркалом. Высокий, стройный, с темными волосами — завтра этот молодой человек станет мужем, и осознание этого казалось нереальным.

Илья внимательно изучал своё отражение, поворачиваясь в разные стороны. Наконец, он удовлетворённо кивнул:
— Костюм сидит идеально. Модно, стильно, дорого выглядит.

«Дорого, это точно,» — подумала Марина, но вслух произнесла:
— Рада, что тебе понравилось. На свадьбе я обязательно расплачусь, увидев тебя таким нарядным.

Илья резко обернулся:
— Мам, мы же договорились, что тебя на свадьбе не будет.

— Договорились? — переспросила она, стараясь скрыть удивление. — Я думала, ты просто шутил.

— Какие там шутки? — Сын начал нервно ходить по комнате. — Ты забыла, кто такие Викины родители? Только представь: там сплошная элита. А ты… Мам, я буду за тебя волноваться. Ты же почувствуешь себя там лишней. Пожалуйста, не порти мне такой важный день.

Он сел рядом с матерью, взял её за руку:
— Представь, как ты будешь смотреться среди всех этих наряженных дам. Я просто умру от стыда. Лучше приезжай после церемонии. Мы вместе выпьем чай или шампанского, ты нас поздравишь, вручишь подарок.

Марина ощутила острую боль в груди. Её собственный сын так сильно стесняется её, что готов притвориться безродным сиротой на собственной свадьбе.

— Почему я буду выглядеть убого? — возразила она. — Я записалась к хорошему парикмахеру, сделаю маникюр, надену приличное платье.

— Приличное? — фыркнул Илья. — Это твоё старое голубое платье? Не смешно!

Он встал перед матерью, его голос стал жёстким:
— Если ты не понимаешь намёков, скажу прямо: я не хочу видеть тебя на свадьбе. Мне стыдно, что моя мать работает уборщицей. Я не позволю тебе опозорить меня перед Викиной семьёй. Теперь всё ясно?

Марина была потрясена. Слова сына словно холодный ветер пронзили её до костей. Илья молча схватил рюкзак, гордо повернувшись в новом костюме, и направился к выходу. На пороге он обернулся:
— Я серьёзно, мам. Там никто не будет рад тебя видеть.

Илья уехал несколько часов назад. За окном сгустились сумерки, а Марина всё ещё сидела на диване, оцепеневшая от шока. Слёзы пришли позже, когда она включила свет и достала из комода старый семейный альбом.

Листая страницы, Марина погружалась в прошлое. Первая фотография — двухгодовалая девочка с голубыми глазами, сосредоточенно глядящая в камеру. Её платьице было явно из чужого гардероба, а рядом стояла странная женщина с рассеянным взглядом и неестественной улыбкой. Даже на этом плохом снимке было видно, что женщина находилась в нетрезвом состоянии.

Марине было два с половиной года, когда мать лишили родительских прав и исчезли из её жизни навсегда. Взрослея, она никогда даже не пыталась найти свою биологическую мать. Зачем?

Следующее фото — групповое. Десятилетняя Марина с непослушными золотистыми кудрями стоит во втором ряду, третья слева. Это был детский дом — место, где жизнь была суровой и бескомпромиссной. Здесь повара воровали продукты, воспитатели позволяли себе грубости, а директриса закрывала глаза на издевательства старших детей над младшими.

На следующем снимке три молодые официантки позируют перед покосившейся вывеской кафе «У дороги». После школы Марина быстро нашла работу, не особо задумываясь о карьере. Хотя зарплата была невелика, щедрые чаевые помогали сводить концы с концами. Двенадцатичасовые смены выматывали, но ей нравилась свобода. В маленькой комнате коммуналки она чувствовала себя хозяйкой своей жизни. Соседи, пожилая пара, были доброжелательными. Марина научилась создавать стильные образы из вещей из секонд-хенда, превращая их в модные предметы гардероба.

Ещё одна фотография — летняя поляна в лесу. На ней счастливая Марина в цветочном венке сидит на траве, обнимаемая симпатичным парнем в таком же венке. Прошло много лет, но каждый раз, глядя на этот снимок, её сердце замирало.

Марина трудилась в кафе уже около года, когда судьба свела её с Максимом. В тот летний день заведение неожиданно наводнили посетители. Она металась между столиками, стараясь успеть обслужить всех, и внезапно споткнулась, пролив томатный сок прямо на светлую рубашку молодого человека у окна. Красное пятно стремительно растекалось по дорогой ткани.

Её охватил панический ступор — такая оплошность могла стоить работы. Но прежде чем она успела что-либо сказать, администратор Стас уже подлетел к их столику, грозя ей увольнением.

— Зачем переживать? — спокойно усмехнулся парень, протягивая ключи от машины. — Я еду на дачу к родителям. В багажнике есть запасная футболка. Не могли бы вы достать её из рюкзака?

— Разрешите, я сам! — поспешил вмешаться Стас, выхватывая ключи. — Эта особа ещё что-нибудь сломает в вашей машине!

Оставшись один на один с клиентом, испуганная Марина наконец нашла в себе силы извиниться:
— Простите, это первый случай за всё время. Обещаю возместить ущерб.

— Да ладно, не стоит волноваться, — отмахнулся он. — А как вас зовут?

— Марина.

— А меня — Максим.

Он протянул руку для рукопожатия, и только тогда она осмелилась взглянуть ему в лицо. Перед ней стоял высокий, спортивного телосложения юноша с серыми глазами и обворожительной улыбкой.

Стас принёс рюкзак и проводил Максима в подсобку переодеваться. Проходя мимо Марины, он шепнул с издёвкой:
— Что застыла? Смена закончилась!

В этот момент она принимала оплату от молодой пары, когда услышала знакомый голос:
— Марина, можно минутку вашего времени?

Обернувшись, она увидела Максима, теперь в новой синей футболке, который сидел за своим прежним столиком.

— Примете заказ?

— Конечно.

Пока она обслуживала его, щёки Марины горели от смущения. Стас лично проводил клиента до выхода, а потом подмигнул девушке:
— Не обижайся, я нарочно повысился, чтобы он не стал требовать компенсации за рубашку. Она дороже твоей месячной зарплаты.

— Откуда ты знаешь этого парня? — удивилась она.

— Это же Макс Скворцов, сын нашего мэра. Его в городе знает каждый.

К вечеру Марина была так вымотана многочасовой работой, что забыла обо всём произошедшем утром. Единственное, чего она хотела, — это лечь в кровать. Уже стемнело, и автобуса пришлось ждать долго. Вдруг рядом с кафе остановился светлый автомобиль. Она невольно отступила назад, но, присмотревшись, узнала машину Максима. Что забыл здесь сын мэра?

Максим вышел из иномарки с букетом белых роз в руках и направился прямо к ней:
— Рабочий день закончился? Извини, не знал, какие цветы тебе нравятся, поэтому выбрал эти. Но обещаю, следующий букет будет именно с твоими любимыми.

Марина растерялась:
— Зачем это?

— Как зачем? — рассмеялся он. — Я, кажется, ухаживаю за тобой. Кстати, сегодня такая чудесная ночь, может, съездим куда-нибудь?

Сонливость мгновенно прошла. Всё казалось сном, словно страницами из книги сказок. Однако она вспомнила свой внешний вид: старые джинсы и простая футболка.

— Спасибо, но я слишком устала, — с сожалением ответила она.

— Тогда завтра? — не сдавался он.

— Завтра, — эхом повторила Марина.

На следующий день они встретились и больше не расставались. Это была любовь с первого взгляда. Максим учился на экономическом факультете и только что успешно завершил летнюю сессию. Они начали проводить вместе каждую свободную минуту. Он свозил её в десятидневное путешествие в Сочи — единственный раз, когда ей пришлось оформлять загранпаспорт не понадобился.

Максим представил её друзьям по университету. Вместе они часто отправлялись на природу — купаться и готовить шашлыки. Это были самые яркие, беззаботные и счастливые дни в жизни Марины.

Они уже строили планы на будущее, обсуждали свадьбу, но осень нарушила все их надежды. Двоюродная сестра Максима заметила их вместе и немедленно сообщила отцу. Для семьи Скворцовых их отношения стали настоящим скандалом. Единственный сын и девушка из детского дома — такое сочетание вызвало бурю негодования.

Мать Максима начала бесконечно звонить, осыпая Марину угрозами и оскорблениями, требуя прекратить встречаться с сыном. Двоюродная сестра даже явилась в кафе и устроила там грандиозный скандал. После этого к Марине начали подходить соседки, предупреждая, что какие-то люди расспрашивали о ней.

— Недавно одна дамочка, — начал Яков Иванович, сосед по квартире, — предлагала нам с женой приличные деньги, если мы подтвердим, что ты наркоманка и ведёшь аморальный образ жизни. Я, конечно, её выставил за порог.
Марина молчала. Она не рассказывала жениху о происходящем. Знала, что сейчас решается вопрос о его поездке за границу по программе студенческого обмена. Видимо, на него тоже давили — в его глазах всё чаще мелькала тревога. Порой он пристально всматривался в её лицо, словно пытаясь разгадать что-то, но, встретив её спокойную улыбку, немного успокаивался.

За две недели до отъезда Максима в квартире Марины зазвонил телефон.
— Это Николай Борисович, — раздался в трубке жёсткий, почти металлический голос. — Я отец Максима. Ты должна порвать с моим сыном до его отъезда. Скажи ему, что у тебя появился другой. Если проигнорируешь мои слова, пожалеешь.
Не дожидаясь ответа, он бросил трубку. Марина замерла. Она готова была на всё ради Макса — как она могла отказаться от человека, которого так сильно любила?

Когда Максим улетел в Лондон, жизнь Марины превратилась в кошмар. Стас, её начальник, подкупленный городским главой, внезапно обвинил её в крупной недостаче. Девушку арестовали.
Она была настолько шокирована предательством, что даже не подумала о защите. Когда дело передали в суд, она верила, что правда скоро выяснится и обвинения снимут.

Суд оказался настоящим фарсом. Адвокат, предоставленный государством, едва мог держать глаза открытыми. Обвинитель же работал с удвоенной энергией. Марина каждый день ждала, что появится Максим и спасёт её, но подруга сообщила, что парень, по слухам, решил остаться в Англии для продолжения учёбы.

Марину приговорили к трём годам. Уже в тюрьме она узнала, что беременна.

О годах, проведённых за решёткой, она старалась не вспоминать — слишком тяжело. Перелистывая страницы семейного альбома, она остановилась на фотографии своего темноволосого, сероглазого малыша. Марина нежно провела пальцем по снимку. Какой же он был ласковый и смышлёный. Только ей известно, чего стоило вырастить его одной.

После полутора лет заключения Марина вышла на свободу. Ей повезло — ребёнка у неё не отобрали. Но на воле её ждали новые испытания. Никто не хотел брать на работу молодую женщину с ребёнком и судимостью.

Благодаря Якову Ивановичу, который через своего знакомого устроил Илюшку в ясли, Марина смогла работать. Она убирала в ресторане, мыла полы в офисах, подрабатывала на автомойке, а ночами шила наволочки и пододеяльники.

В прошлое она не оглядывалась — зачем бередить старые раны? Пока она была в тюрьме, все связи оборвались. Однажды она случайно встретила бывшую подругу, которая рассказала, что Стас обанкротился, мэр Скворцов переехал в Москву, получив повышение, а его сын женился на столичной красавице.

Марина проплакала всю ночь, но утром вытерла слёзы и пошла на работу. Теперь её единственной заботой и радостью был сын.

За окном начинало светать. Неужели она провела всю ночь за альбомом? Марина легла в кровать, но мысли о сыне не давали покоя. Она всегда старалась дать ему всё самое лучшее — дорогие игрушки, вкусную еду, модную одежду. Готова была на любые жертвы, лишь бы он был счастлив. Если Илье требовался новый гаджет, он просто говорил об этом, зная, что мать найдёт способ достать деньги, даже если придётся взять дополнительную работу.

Теперь она понимала, что в его эгоизме была и её вина. Она никогда не жаловалась на усталость, не брала больничных, всегда отдавала ему самые вкусные кусочки. Неудивительно, что сын не задумывался, какой ценой достаются эти деньги. А теперь он стыдится её и не хочет, чтобы она, как уборщица, присутствовала на его свадьбе.

— Поняла, — тихо сказала Марина, глядя на портрет Ильи на стене. — Сынок, я двадцать пять лет жила ради тебя, но в этот раз поступлю по-своему. Прости.
Она встала с кровати, достала из тумбочки шкатулку с накоплениями. На карточке лежала её зарплата за месяц — на новый наряд, причёску и визит к косметологу хватит.

Появление Марины в загсе вызвало настоящий ажиотаж.

Она всегда выглядела моложе своих лет, а после визита в салон красоты и вовсе казалась женщиной, которая сбросила добрый десяток лет. Гости, особенно мужчины, украдкой бросали восхищённые взгляды на светловолосую женщину в элегантном синем платье. Во время церемонии мать, смахивая слёзы, с гордостью смотрела на своего серьёзного, слегка растерянного сына и его очаровательную невесту. Как хорошо, что она решила прийти.

После завершения церемонии все гости начали поздравлять молодожёнов. Илья, протиснувшись сквозь толпу, подошёл к матери и тихо прошептал:

— Значит, моя просьба для тебя ничего не значит? Надеюсь, в ресторан ты не пойдёшь?

— Не пойду, — спокойно ответила Марина. — Я уже увидела всё, что хотела.

— Здравствуйте! — к ним подбежала раскрасневшаяся от волнения Вика. — Марина Анатольевна, вы выглядите просто потрясающе! Родители приглашают вас присоединиться к ним в ресторане.

— Спасибо, но мне уже пора.

— Как пора? — удивилась Вика. — Илья, что происходит?

— Мам, куда ты торопишься? Это же свадьба твоего единственного сына, — с натянутой улыбкой Илья попытался уговорить мать остаться.

Когда настало время родителям произнести поздравления, Марина взяла микрофон:

— Дети, будьте счастливы, любите друг друга всю жизнь…

Её короткая, но искренняя речь тронула всех гостей до глубины души, и зал взорвался аплодисментами. Спускаясь с маленькой сцены, Марина едва не столкнулась с высоким мужчиной в дорогом костюме. Его лицо показалось ей знакомым.

— Не может быть, — произнёс он, преградив ей путь. — Маришка, это правда ты? Что ты здесь делаешь?

— Максим? — Марина не могла поверить своим глазам.

— Отец невесты — мой деловой партнёр, вот и пригласил на свадьбу. У тебя замечательный сын, — Максим, слегка волнуясь, взял Марину за руку. — Может, подойдём к окну, поговорим? Ты одна, без мужа? Я вот уже десять лет как разведён, да и детей нет.

Они проговорили целый час. Максим рассказал, как его отец, прилетев к нему за границу, сообщил, что Марина встретила другого и уехала с ним в Москву. Шокированный Макс не хотел верить, но, боясь унизить возлюбленную подозрениями, решил сначала узнать правду от лучшего друга. Тот съездил в придорожное кафе, но не нашёл там Марину. Хозяин и официантки в один голос подтвердили слова отца.

— Я тогда чуть не сошёл с ума от горя, остался в Англии ещё на полгода, а потом вернулся в Москву. Отца повысили, а я женился. Был ли я счастлив все эти годы? Ни минуты. Только с тобой, в молодости. Ну а ты как жила всё это время?

— Давай не будем о грустном, — мягко прервала его Марина. — Всё-таки свадьба. Я тебе потом всё расскажу, а сейчас пригласи меня потанцевать.

Гости не могли оторвать глаз от этой красивой пары. Илья смотрел на мать и не узнавал её. Он вдруг осознал, что его мама — невероятно привлекательная женщина, которая в молодости отказалась от личной жизни ради него. Впервые в жизни Илью охватило чувство глубокого стыда.

Тут он заметил, что мама под руку с каким-то состоятельным мужчиной направляется к выходу. Парень бросился за ней и догнал уже на крыльце.

— Мам, ты куда?

— Ухожу. Ты же этого так хотел, — напомнила она.

— Мам, прости, но куда ты идёшь с этим мужчиной?

— Я с ним готова идти хоть на край света, — искренне призналась Марина. — Кстати, познакомься, это твой отец, Максим.

Илья замер, ошарашенно глядя на мать. Она выдержала паузу, а затем с лёгкой улыбкой добавила:

— Да, похоже, нам предстоит очень долгий разговор. Но не сегодня. Сегодня свадьба!

Только Татьяна успела сменить форму, как к моргу подъехала машина «скорой помощи», а следом за ней — целый свадебный кортеж. Все её коллеги выбежали на улицу: такое зрелище — когда свадьба направляется в морг — явление крайне необычное. К счастью для Татьяны, в этот момент как раз менялись смены, и большинство людей ей были незнакомы.

Она отошла в сторонку. Работала здесь совсем недавно и ещё не чувствовала себя частью коллектива. Да и стремиться к этому не хотела. Коллеги знали, что она была заключённой, хотя и не спрашивали деталей. Для них важнее было то, что теперь она честно моет полы, а не занимается воровством. Однако её срок был связан не с кражей. Татьяна убила мужа. Замужество продлилось всего год, но уже на второй день после свадьбы она поняла, что связала свою жизнь с настоящим монстром, который скрывал своё истинное лицо до поры до времени.

Год издевательств над ней прошёл без свидетелей — Татьяна выросла в детском доме и не имела близких. В конце концов, её терпение лопнуло. Когда он снова поднял на неё руку, она схватилась за нож. Семья мужа, влиятельная и многочисленная, требовала для неё максимального наказания. Но судья, пожилая женщина, сделала замечание: «За такие поступки нужно не сажать, а благодарить». Ей дали семь лет, а через шесть освободили условно-досрочно.

Никто не хотел брать её на работу, но однажды, прогуливаясь мимо морга, она заметила объявление о вакансии санитарки. Заработная плата оказалась выше, чем ожидалось. Татьяна рассказала свою историю, готовясь услышать отказ, но её приняли. Поначалу работа казалась невыносимой, но старый патологоанатом Ефремович, заметив её страх, добродушно произнёс:

— Живых бояться нужно, девочка, а эти уже никому не причинят зла.

С тех пор, через несколько смен, она научилась относиться к своей работе спокойно и больше не вздрагивала при каждом случайном звуке.

Из «скорой» вытащили носилки с невестой, рядом стоял жених. Его состояние было тяжёлым: он словно растворился в собственной боли, не замечая окружающих, лишь безмолвно глядел на лицо любимой. Родственники долго пытались его отвлечь; он рыдал, метался, и его почти силой увели.

Позже Татьяна услышала разговор санитаров: невесту отравила её бывшая подруга прямо во время торжества. Оказалось, что жених некогда встречался с этой самой подругой, но встретил невесту и влюбился в неё. Подруга не смогла смириться с потерей, и теперь, хотя её арестовали, девушка всё равно ушла из жизни.

Пройдя мимо носилок, Татьяна не смогла не остановиться. Невеста была удивительно красива, даже сейчас, с мирным выражением лица, будто просто спала.

— Татьяна, закончи там в боксе, помой здесь и закрой всё, — раздался голос Ефремовича.

— Вы сегодня не будете вскрывать? — спросила она.

— Нет, мне нужно уехать срочно. Приду завтра пораньше и начну, — ответил патологоанатом. — Я тоже живой человек, у меня бывают дела, которые нельзя откладывать.

— Понятно, — кивнула она.

— Отлично, — сказал он. — Эти могут немного подождать, они уже никуда не спешат.

Когда Ефремович скрылся за углом, Татьяна задумалась. Возможно, работа среди мёртвых действительно делает людей более философскими.

Закончив уборку, Татьяна закрыла бокс и вышла наружу, чтобы подышать свежим воздухом. В сумерках она заметила чью-то неподвижную фигуру на скамейке неподалёку от морга. Приглядевшись, поняла — это жених. Его застывшая поза и безмолвие тревожили её, но она всё же решилась подойти.

— Может быть, вам нужна помощь? — тихо спросила она.

Он повернул к ней затуманенный взгляд и долго молчал, прежде чем ответить:

— Вы можете провести меня к ней?

Татьяна покачала головой:

— Нет, не могу. За это меня сразу уволят. И потом, других мест для работы мне уже не найти.

Молодой человек лишь равнодушно кивнул, будто слова её не имели значения.

— Почему вас не берут на работу? — поинтересовался он, скорее чтобы просто заполнить паузу.

Татьяна задумалась на мгновение, затем решила, что откровенность может хоть немного отвлечь его:

— Только недавно освободилась из тюрьмы. Сидела за убийство мужа. Год издевательств, а потом… я просто не выдержала.

Он снова кивнул, его лицо оставалось бесстрастным.

— Печально. Её ещё не вскрывали?

— Нет, всё запланировано на завтра.

— Я не хочу уходить. Посижу здесь, а после её похорон… сам последую за ней.

— Не говорите так! — воскликнула Татьяна. — Это тяжело, но нельзя…

— Знаю, — перебил он. — Но решение принято.

Его тон был окончательным, и Татьяна поняла, что переубедить его не в силах. Единственное, что могла сделать, — сообщить его родным о состоянии. Они должны были скоро прибыть за телом невесты.

Она вернулась внутрь, чтобы закончить свою смену. Убирая помещение, Татьяна обратила внимание на необычный цвет лица невесты. Он был слишком живым, слишком естественным для человека, который должен был умереть. Она осторожно дотронулась до её руки, чтобы выпрямить её, и внезапно замерла: рука была мягкой и тёплой, несмотря на холод помещения.

Татьяна достала из своей сумочки маленькое зеркальце, единственное, что могло помочь проверить её догадку. Поднеся его к лицу девушки, она обнаружила, что поверхность запотела. Сердце её забилось быстрее.

Она бросилась к выходу, чуть не столкнувшись с Валерой, молодым санитаром. Он учился в медицинском колледже и славился среди коллег своим умением быстро принимать решения.

— Что случилось? — удивлённо спросил он.

— Валера, быстрее, помоги! — выдохнула она, не давая ему времени на расспросы.

Подойдя к невесте, Татьяна продемонстрировала своё открытие:

— Взгляни, она дышит!

Валера моментально схватил стетоскоп, который всегда носил с собой, и склонился над девушкой. Его глаза расширились, когда он услышал сердцебиение.

— Таня, звони Петру Ефремовичу, сейчас же! — воскликнул он. — А я займусь подготовкой.

Татьяна торопливо набирала номер старого патологоанатома, пытаясь объяснить ситуацию, пока Валера искал необходимые инструменты. Когда она наконец дозвонилась, голос Петра Ефремовича прозвучал нетерпеливо:

— Сердцебиение есть, хоть и очень слабое. Вызываю «скорую»! — воскликнул Валера, уже доставая телефон.

Таня выбежала наружу, чтобы успокоить жениха, который всё это время оставался на скамейке. Подбежав к нему, она выдохнула:

— Ваша невеста жива!

Его глаза расширились от изумления.

— Вы шутите? — он схватил её за руку, словно боялся, что это лишь галлюцинация.

В этот момент подъехала «скорая», прервав их разговор. Жених рванул к дверям морга как раз тогда, когда оттуда выносили девушку на носилках. Доктор следовал за ней, держа капельницу.

— Я должен быть с вами! — закричал он.

— Вы кто такой? — строго спросил врач.

— Её муж… Мы сегодня поженились…

Доктор коротко кивнул:

— В машину, быстро. Каждая секунда важна.

Скорая умчалась, а Таня и Валера остались стоять у входа, провожая её взглядом.

— Похоже, сегодня ты спасла человеческую жизнь, — нарушил тишину Валера. — Доктор сказал, что если бы не холод в морге, она могла бы не выжить. Оказалось, что яд был не смертельным — просто мощным снотворным, которое создало видимость летального исхода.

Таня вытерла внезапно появившиеся слёзы и прошептала:

— Жизнь за жизнь: одну забрала, другую вернула.

Валера услышал её слова и мягко улыбнулся.

— Таня, может быть, выпьем чаю? Не в морге, конечно.

Она удивлённо посмотрела на него, но согласилась. Они отправились на ту самую скамейку, где раньше сидел жених.

В полутьме Таня заметила, что Валера совсем не тот молодой человек, которым казался на первый взгляд. За очками скрывалось лицо человека с опытом. Он рассказал ей, что после службы в армии работал в госпитале, где наблюдал, как врачи иногда ошибаются, но чаще творят настоящие чудеса.

— Знаешь, Таня, — продолжил он, — мне интересно, что привело тебя сюда?

Она замолчала, размышляя, стоит ли рассказывать. Но его внимательный взгляд и искренний интерес побудили её поведать свою историю. Валера слушал молча, ни разу не перебивая.

— И не стоит терзаться из-за того, что случилось, — произнёс он, когда она закончила. — Иногда судьба даёт нам второй шанс.

Таня удивлённо взглянула на него.

— Это первый раз, когда кто-то видит во мне не убийцу, а человека, заслуживающего нового начала.

На следующее утро Таня покинула морг и направилась к автобусной остановке. У самой остановки притормозила машина Валеры.

— Садись, подвезу, — предложил он, открывая дверцу.

Она замерла. Почему он так делает? Ведь остальные стараются избегать её. Обернувшись, она заметила, как санитары курят у входа, явно обсуждая происшествие. Валера, словно прочитав её мысли, улыбнулся:

— Разве мнение других имеет значение? Главное — правда, которую ты знаешь сама.

После минутного колебания Таня села в машину. Спустя пару недель таких поездок Валера неожиданно для неё спросил:

— Таня, а может, сходим куда-нибудь? Например, в кино или кафе?

Она покачала головой.

— Зачем вам это? Вы же знаете моё прошлое…

— А я воевал, стрелял не в тире, а в реальности. Поверь, твоё прошлое — это детские игры по сравнению с тем, что довелось пережить мне. Так что давай без предрассудков, ладно?

Таня улыбнулась, чувствуя, как внутри что-то потеплело. Она ещё не ответила на его предложение, но каждый вечер, убирая помещение морга, думала о том, как сильно хочет начать новую жизнь. Жизнь, где она сможет быть просто Таней, а не тюремной осуждённой.

— Валера, ты что, совсем рехнулся? Зачем тебе это нужно? Решил поиграть в благородство? — донеслось из комнаты отдыха санитаров.

— Это моё личное дело, и оно никого не касается, — твёрдо ответил Валера.

— Да ты понимаешь, кто она такая? Она ведь была за решёткой! Зачем связываться? — продолжал настаивать один из коллег.

Через минуту Валера появился в коридоре, разминая кулаки:

— Если ещё одно слово против Тани с вашей стороны — станете пациентами морга. Ясно?

Санитар фыркнул, но отступил:

— Вы все здесь чудите… С ума сошли!

Таня наблюдала за этой сценой, а Валера решительно схватил её за локоть.

— Так больше нельзя. Таня, ты мне действительно дорога. Нужно что-то менять, — произнёс он, глядя ей прямо в глаза.

Она растерянно приоткрыла рот, собираясь задать вопрос, как вдруг раздался незнакомый голос:

— Как что менять? Вам нужно пожениться! Мы вам свадьбу устроим, отпразднуем на всю катушку!

Таня опешила: неужели это очередной бред? Валера только что сделал какой-то невероятный намёк, а теперь к ним обращались какие-то люди. Она повернулась и увидела того самого жениха и его невесту. Девушка, хоть и слегка бледная, выглядела прекрасно. С улыбкой она добавила:

— Вы просто обязаны согласиться. Вы идеально подходите друг другу, и мы хотим вас отблагодарить за всё.

Но Валера и Таня решили отказаться от пышного торжества. Они были слишком практичными, да и круг общения у них был ограничен. Тогда молодожёны предложили им нечто более ценное — билеты на двоих в свадебное путешествие к морю. Для Тани это стало настоящим подарком судьбы: она никогда раньше не видела океана.

После свадьбы она решила уволиться из морга. Валера заверил её, что найдётся занятие по душе, а пока его задача — заботиться о жене и показывать ей красоту мира. Он держал своё слово, и вскоре Таня забыла про холодные стены морга, начав новую главу своей жизни.

После тренировки, Вика спешила домой, обещала мужу сварить уху. Зайдя в квартиру, она увидела, как её супруг Леонид сидит на кухне и пьёт вино.

— Ого, в одно лицо, значит.. Лёнь, терпения не хватило меня дождаться? Давай закуску хоть приготовлю..

— Не надо, сядь, разговор есть..

Вика таким мужа ещё не видела. Расстроенный, потерянный. Господи, что случилось — то?

— Не знаю даже, с чего начать.. Ай, скажу, как есть.. Моя секретарша Катя беременна от меня, я ухожу к ней..

— Надо же.. Как в плохой мелодраме прям.. И давно ты с ней?

— С год примерно. Она сразу, как пришла, начала оказывать знаки внимания, ну, я и не устоял. Молодая, красивая, весёлая, прям, как ты в молодости.. Влюбился, как мальчишка! Хотел сразу тебе честно признаться, да не хватило смелости, жалко тебя..

А теперь деваться некуда, станем скоро родителями. Ты же понимаешь, что мне всегда хотелось своего ребёнка.. Твой Игорь мне как родной, но не по крови.. А мне наследник нужен, дело своё передам ему, понимаешь? И с ней мне хорошо, становлюсь будто моложе..Наверное, кризис среднего возраста меня настиг, слышала о таком?

Викуль, я подлец, конечно. Но тебя и Игоря я не обделю. Квартира, машина, всё вам оставлю, помогать деньгами буду, не переживай. За учёбу буду оплачивать, как и обещал. Я купил уже новый дом, на Катю оформил, всё — таки она будет матерью моего ребёнка.

— Понимаю, Лёнь, тяжело устоять перед такой красоткой, как Катя, а ты же у нас настоящий мужик.. И ребёнка ты бросить не можешь, это благородно. За денежную помощь спасибо, не откажусь, хочу начать путешествовать, буду жить для себя.

Ты когда съезжаешь? Может вещи помочь собрать?

Леонид с недоумением смотрел на жену. Такая спокойная.. Это даже и к лучшему, никаких скандалов и истерик.

— Ну, прощай, муженёк, спасибо за прожитые вместе годы, мне было хорошо рядом с тобой! Но, у жизни свой сценарий.. Может и я кого полюблю и буду счастлива с новым мужчиной. Ну, всё, иди, а то Катя переживает, наверное, думает, я клещами в тебя тут вцепилась..

Леонид торопливо схватил чемоданы, неловко улыбнулся и пошёл к лифту.

Закрыв дверь, Вика пошла на кухню. Достала бутылку шампанского из холодильника, открыла её, налила полный бокал и выпила. Её бросил муж. Как же нелепо это звучит.

Никогда она даже подумать об этом не могла. Ведь все эти годы они жили мирно, пусть бешеной любви не было, но была привязанность, привычка, уважение.

Ладно, нечего сопли распускать. Новая жизнь, новые правила! Она найдёт, чем заняться, а платить будет муж. Глупо отказываться от денег, с ними возможностей больше. Но, надо привыкнуть к новому статусу брошенки..

И Вику закружило в вихре новых впечатлений. Она записалась на танцы, ходила после работы. По выходным ходила в музеи, кино, на тренировки. Благо, было с кем. Соседка Ирочка, одинокая, с радостью составляла ей компанию.

Сын Игорь учился в другом городе, приезжал редко. Вика была предоставлена сама себе. Готовила только то, что любит, не надо ни под кого подстраиваться. Занималась тем, что нравится, никто ей не мог ничего запретить. О новом мужчине она даже не думала, и и одной было неплохо.

Развод с мужем состоялся тихо и мирно. Мельком она видела Катю в коридоре суда, красотка, что тут скажешь..Хороший всё — таки вкус у её мужа!

Леонид переводил каждый месяц деньги, как и обещал. Вика была благодарна ему за такой щедрый жест. Она знала, что деньги у него есть, бизнес процветал, и он безболезненно может спонсировать её и Игоря. В благодарность за прожитые годы. Катя, видно, не знала об этом, вряд ли бы она одобрила.

Прошёл год. В жизни Вики ничего не поменялось, танцы, тренировки, пару раз за границу съездила. Помощь от Леонида перестала поступать, Вике было неловко спрашивать причину. Скорей всего, Катя запретила. Ну, ничего, проживёт. Игорь неплохо зарабатывал, учась в универе, за учёбу мог платить сам. Зарплаты ей хватало на свои нужды.

Выходной, никуда не надо спешить. Вика наслаждалась каждым днём. Сварив уху, обнаружила, что нет хлеба, а его она очень любила. Выскочила на улицу в булочную и столкнулась с Леонидом.

— Лёня, ты как тут?

— Викуся, привет. Да я это.. Живу тут недалеко.. Квартиру купил.

— Вот это новости.. А Катя как же? Ребёнок? Кстати, кто у вас родился?

— Дочка.. Да там такая история вышла.. Представляешь, Катя эта была подослана конкурентом. Втёрлась в доверие, я влюбился, дальше ты знаешь.. Потом она начала давить на меня, чтобы я переписал бизнес на неё, боялась, что я её брошу и оставлю ни с чем..

Я согласился, после рождения дочери, на эмоциях всё отписал ей. Себе оставил некоторую сумму на счёте, о котором она не знает. В итоге, она меня выгнала. Дочка оказалась не моя, бизнес отошёл конкуренту.. Вот в такой жопе я оказался.. Смешно, правда? Точно, как в плохой мелодрамы всё вышло..

Купил вот квартиру, нашёл работу, не бедствую, но и прежней жизни у меня уже не будет. И тебе вот не могу помогать.. Извини.. Ты теперь со мной общаться даже не захочешь, наверное, обидел так тебя, променял на эту..

Вике стало даже жалко его. Выглядел он не важно.. Вот же Катя аферистка какая! Он столько труда и сил вложил в бизнес!

— Дурак ты, Лёнька! Пойдём ко мне, я как раз уху сварила, твою любимую..

Они душевно поговорили на кухне, в которой столько лет встречались каждый день, обсуждали новости. Но теперь они были не муж и жена.

Периодически они созванивались потом. Речи о том, чтобы сойтись снова не было. У каждого своя жизнь. Вика на танцах познакомилась с мужчиной, вышла за него замуж и была счастлива.

Леонида она пригласила на свадьбу, он пришёл, и даже был рад за бывшую. На свадьбе он познакомился с сестрой жениха.. Через полгода уже Вика с новым мужем гуляли на его свадьбе..

Всё — таки жизнь непредсказуемая штука! Никогда не надо падать духом и ставить крест на себе, чтобы не случилось. Ведь никогда не знаешь, что произойдёт, надо просто жить и радоваться каждому дню!

Анна проснулась посреди ночи в холодном поту от кошмара и обрадовалась, что это всего лишь сон. Инстинктивно потянулась рукой к мужу, чтобы почувствовать рядом родное тепло и поскорее успокоиться.

Но с удивлением обнаружила, что супруга рядом нет. Более того, его половина постели была холодной, а это означало лишь одно — Геннадий давно уже встал и покинул спальню.

Всё это было странным. Потому что бессонницей её супруг никогда не страдал, а даже наоборот, спал всегда очень крепко и утром с трудом вставал по будильнику на работу. Дел у него тоже никаких ночью быть не могло. Не было привычки у Геннадия ни перекусывать по ночам, ни сидеть в компе, как это практикуют некоторые мужчины, скрывая от жены свои привычки игромана. И работать Геннадий ночью не мог. Да и необходимости такой у него никогда не было.

Аня встала, накинула лёгкий халатик и решила отыскать пропавшего в тишине квартиры супруга. Света нигде не было, что тоже было странным.

Женщина заглянула на кухню, но она была пуста. В туалете мужа тоже не оказалось. Аня уже было собралась отыскать свой сотовый и набрать номер Геннадия, чтобы наконец-то выяснить, что случилось и куда он делся в три часа ночи, даже не предупредив о том, что уходит.

Но, проходя мимо ванной комнаты, услышала какие-то звуки. Аня не спешила открывать дверь, чтобы понять, что там происходит.

Она прислонила ухо к щели между дверью и косяком и замерла.

Геннадий очень старался быть тихим, но Аня поняла сразу — супруг с кем-то полушёпотом разговаривает по телефону, сидя в темноте.

— Это невозможно… По крайней мере сейчас, — шептал кому-то Геннадий.

Затем воцарилась тишина. Вероятно, супруг в этот момент слушал своего собеседника. Или собеседницу?

«Это что за дела такие?» — растерянно подумала Аня и ещё плотнее прижала ухо к двери.

— Нет, наследственные дела ещё не завершены. Ты же знаешь всё сама. Сроки я тебе называл. Хватит нервничать, дорогая. Нужно всего лишь подождать. Да, набраться терпения и подождать. Ну не надо так, зайка. Я тоже скучаю, — продолжал беседу Геннадий.

«Дорогая? Зайка??» — удивилась Аня и едва сдержала себя, чтобы тут же не распахнуть дверь и не двинуть хорошенько этой дверью мужа по лбу.

— Зачем ты мне звонишь сюда? Это опасно! Если жена что-то заподозрит, она примет меры, которые всё испортят. Все наши планы сразу разрушатся. Я понимаю, что ты скучаешь. Знаю, как тебе сейчас одиноко. Но что же делать? Если мы хотим, чтобы всё получилось, нужно набраться терпения.

Геннадий опять замолчал, слушая собеседницу. Аня уже не сомневалась — у мужа есть лю.бов.ница. Но, судя по тому, что ей удалось услышать, это было не самым страшным обстоятельством. Сейчас она поняла, что супруг вознамерился не только уйти к другой, но и обогатиться за счёт жены.

«Вот он правильно сказал — я должна подстраховаться, принять меры, которые никогда и никому не позволят меня облапошить», — с горечью подумала Аня.

Геннадий между тем продолжал.

— Да нет, конечно! Не сплю. Как с ней можно спать, она же как ледяная баба. Вечно в своём трауре. Да и после тебя мне никто не нужен, — шептал он.

Аня не стала больше слушать, как её муж воркует с неизвестной соперницей. Того, что услышала, уже было достаточно.

Она вернулась в спальню. Нужно успокоиться, взять себя в руки и понять, как действовать дальше. Нельзя показывать Геннадию, что она всё знает. Теперь в зоне риска была не только её семейная жизнь, но и весь бизнес и недвижимость, что оставил ей отец.

Принять тот факт, что самый близкий человек оказался предателем, очень непросто. Но Анна всегда себя считала сильной. И когда мама покинула этот мир, не справившись с тяжёлой болезнью, двадцатилетняя Анна стойко вынесла тяжёлый удар судьбы. И когда отец несколько месяцев назад не вернулся из деловой поездки, сердце не выдержало напряжённого графика, она тоже держалась, знала — у неё есть надёжное плечо, близкий и родной человек, муж Геннадий.

А теперь получалось, что она одна в целом свете. Нет больше никого, кто мог бы служить ей поддержкой и опорой. Анна даже ребёнка не успела себе родить за пять лет брака, потому что Геннадий постоянно твердил, что ещё не время. Что нужно заниматься делом, развивать бизнес отца, помогать ему во всём.

Геннадий вернулся и тихонько, боясь разбудить жену, лёг рядом. Засопел сном праведника уже буквально через пять минут. Аня же так и не смогла больше сомкнуть глаз до самого рассвета.

— Надо же, какое хладнокровие. И цинизм, — грустно приговорила про себя женщина.

Её отец Андрей Петрович владел сетью строительных магазинов, и в последнее время бизнес отца только развивался. После свадьбы с Геннадием они оба стали работать у отца. Аня — юристом, а муж — в системе транспортной доставки товара покупателям. Отец был доволен тем, что дочь с зятем поддерживают семейный бизнес.

— Всё вам останется после моего ухода, поэтому старайтесь, вы работаете на своё будущее, — часто говорил Андрей Петрович супругам.

Аня с мужем стали строить загородный коттедж. Сейчас она подумала о том, что интуиция её не подвела. Что-то подсказало ей не переоформлять до поры до времени земельный участок на себя.

Когда-то давно его приобрёл Андрей Петрович, хотел построить на нём большой дом для своей семьи. Но его мечте так и не суждено было сбыться. Сначала заболела жена, Анина мама, а потом и вовсе эта идея потеряла свою актуальность.

— Стройтесь на моём участке, — предложил он дочери и зятю.

— Ань, давай землю переоформим на нас, чтобы всё было как положено, — предложил ей тогда Геннадий. — Всё-таки мы свои деньги и силы будем вкладывать. А земля не наша, вдруг твой отец захочет жениться, и тогда в случае его см.ерти плакал наш коттедж.

Но Аня всё тянула, сама не понимая, почему рука не поднималась это сделать. А теперь от души поблагодарила судьбу за этот подарок. Одной проблемой меньше.

— Анют, а когда ты уже вступишь в наследство? — начал за завтраком Геннадий.

— Мы, по-моему, об этом уже говорили. И ты прекрасно знаешь сроки. Что тебе так не терпится-то? — еле сдерживаясь, чтобы не показать мужу, что всё о нём знает, ответила Аня.

— Ты что, заболела? Бледная какая-то, может, тебе к врачу сходить? Вон и аппетита нет, к еде не притронулась, — заботливо проговорил Геннадий, проигнорировав её последние слова.

— Не надейся. Я здорова, — сухо ответила Аня.

— Ну зачем ты так? Если это юмор, то плохой. Такой мне не нравится, — обиделся муж. — Ты вот не думаешь о нашем будущем, а я уже подумал. И неплохой вариант, между прочим, нашёл.

— Да? И какой же? — Аня поняла, что сейчас муж начнёт её обрабатывать, чтобы после получения ею в наследство нескольких строительных магазинов отца и его большой квартиры в центре города она пошла на его условия.

— Вот смотри — бизнес отца процветал именно потому, что во главе всего стоял он сам — умелый бизнесмен и стратег. Уже сейчас мы видим с тобой, как упали продажи, чувствуется, что нет руководящей руки. Мы, Анечка, в этом плане дилетанты. Сможем ли мы вывести на прежний уровень этот бизнес — спорный вопрос, — начал издалека Геннадий.

— Ну-ну, интересная аналитика. Я пока не заметила, что что-то не так с бизнесом папы. И, честно сказать, собираюсь продолжить его дело. И если нужно будет, найму грамотных менеджеров. В чём проблема-то?

— А проблема в том, что мы с тобой должны сами построить свой собственный бизнес, а не пользоваться тем, что создал когда-то Андрей Петрович.

— Оч-чень интересно! И какой же наш с тобой бизнес ты видишь в будущем?

— Сеть автосервисов. Я уже сделал подборку предложений в этом сегменте. Анечка, ты знаешь, что я работал в этой сфере до встречи с тобой. Я в этом хорошо разбираюсь. Да и моё образование инженера тоже поможет мне.

— Сеть автосервисов, вот, значит, как. Интересно, интересно… А с квартирой отца что прикажешь делать? — продолжала Анна выяснять планы мужа на то, как прикарманить её собственное имущество.

— Ой, а с квартирой вообще всё просто. Мы её продадим и наконец-то достроим наш коттедж. Только я тебя прошу, давай уже оформим землю на нас.

— На тебя, например?

— Можно и на меня. Почему — нет? Я же муж, глава семьи. Буду непосредственно заниматься строительством, контролировать всё, — уверенным голосом продолжал Геннадий.

Судя по всему, он уже поверил в то, что всё у него выгорит. А добившись своего, оформит развод с Аней, получив половину всего, на что сейчас не имел никаких прав.

— Я подумаю, — сухо ответила она. — Тебе пора на работу. А я сегодня задержусь. Действительно, надо сходить к врачу. Что-то я расхандрилась совсем в последнее время.

Окрылённый и полный надежд Геннадий уехал на работу. А Анна приступила к выполнению своего плана.

Она набрала номер, который взяла из телефона мужа, пока тот был в душе. Благо, он от неё не скрывался и пароль в последнее время не менял. Абонент, которому супруг звонил в три часа ночи, был записан у него как «Борис рыбалка».

— К сожалению, не знаю твоего имени, поэтому назову тебя рыбка, — набрала она номер лю.бовницы Геннадия. — Я Аня, а точнее — ледяная баба, а ещё точнее — жена твоего Геннадия.

— Зачем звонишь? — казалось, та даже не растерялась.

— А сказать хочу тебе, рыбка, всё, он твой. Можешь его забирать. Мне он теперь без надобности. Только хочу предупредить, Геннадий гол, как сокол. С чем пришёл ко мне, с тем и уйдёт. С одним чемоданчиком.

— С чего это? Он имеет право на половину всего, что у тебя есть! — уверенным тоном объявила неизвестная Ане рыбка.

— Нет, не имеет. Даже, квартира, в которой мы с ним живём, является моей добрачной собственностью. Так что — зря надеялась, акула. А от себя добавлю — совет вам да любовь! — Аня отключилась.

Потом она подала документы на развод. Нужно было развестись до того, как Аня вступит в наследство. Чтобы у её наглого и бессовестного пока ещё мужа не возникло даже мысли посягнуть на её собственность.

Вечером уже знающий обо всём от своей зазнобы Геннадий увидел у двери свои чемоданы.

— Аня, давай поговорим. Прошу тебя, — попытался он спасти ситуацию.

— О чём? О том, как долго ты меня обманываешь? Или о том, что вы вместе со своей лю.бовн.ицей хотели меня оставить без наследства? Или о том, какая я ледышка в постели? О чём ты хочешь со мной поговорить? И стоит ли? Думаю, что нет. Ты свободен. Развод оформят очень быстро, я договорилась. Так что нас больше ничего не связывает.

Лети, птичка. Свободного тебе полёта!