Вера вытирала пыль с подоконника, когда в комнату вошёл Максим и протянул ей листок, вырванный из блокнота.
Вот, дорогая,—это банковские реквизиты моей мамы. Отнеси их в бухгалтерию, чтобы твою зарплату переводили ей.
Она застыла, тряпка всё ещё в руке.
— Что?
Переводи зарплату маме. Она лучше распорядится. Ты ещё молодая – глупая. Потратишь на ерунду.
Вера медленно опустила тряпку. Они были женаты три недели. Обставили квартиру на свадебные деньги — купили диван, стол, холодильник. Она думала, что теперь будут жить вместе. Только вдвоём.
— Максим… ты серьёзно?
— Конечно. Я уже перевёл свою зарплату ей в четверг. Она положила их на сберкнижку. Говорит, пригодится для нашего будущего.
Вера не закричала. Не хлопнула дверью. Она просто стояла и смотрела на мужа—который уже снимал обувь и шёл в душ, будто ничего не произошло.
Листок с банковскими реквизитами остался на подоконнике. Вера подняла его, согнула пополам и разорвала на мелкие кусочки.
На следующий день она вернулась с работы и сразу пошла на кухню. Максим уже сидел за столом, листая телефон. Когда она поставила перед ним тарелку с гречкой и сваренным яйцом, он поднял глаза.
« Что это? »
« Ужин. »
« А где мясо? »
Вера села напротив него и наложила себе то же самое.
« Денег нет. Я рассчитывала, что ты поможешь с продуктами. Но раз ты все отдал маме, это все, что мы можем себе позволить. »
Максим нахмурился.
« Вера, что с тобой? У тебя ведь есть зарплата. »
« Я свою отнесу маме. Ты сам говорил — старшие лучше знают. »
Он застыл с ложкой на весу. Лицо покраснело.
« Ты издеваешься надо мной?! »
« Нет. Я просто делаю то же самое, что и ты. »
Максим с грохотом отодвинул стул и встал.
« Вера, хватит! Ты вообще понимаешь, что делаешь?! Завтра пойдёшь и вернёшь деньги обратно!»
« Сначала верни свои. Я за тобой.»
Он схватил куртку и так хлопнул дверью, что стекло задребезжало. Вера доела гречку, помыла посуду и легла спать. Максим вернулся после полуночи, лег рядом и повернулся к стене.
Так прошли четыре дня. Он ел у Раисы, она у родителей. Дома — тишина. Максим злился, хлопал дверями, приходил поздно. Вера сохраняла спокойствие, хотя ночью думала: что если он так и не поймёт?
На пятый вечер он вернулся домой раньше. Сел на кухне, уставившись на стол. Вера мыла посуду. Долго молчал, потом откашлялся.
« Сегодня коллеги спросили, почему я обедаю у мамы. Посмеялись. Говорят, маменькин сынок.»
Он поднял глаза.
« Вера… давай договоримся. Я заберу свою зарплату у мамы. Ты оставляй свою при себе. Будем сами вести бюджет.»
Она кивнула.
Максим достал телефон и набрал номер. Раиса ответила быстро.
« Мама, мне нужно забрать деньги обратно. Мы с Верой решили сами распоряжаться бюджетом.»
Пауза. Голос Раисы стал резким—Вера слышала, как она что-то кричит.
« Мама, я не спрашиваю разрешения. Я тебе говорю, как будет.»
Снова пауза. Голос в трубке стал громче.
« Всё, мама. Завтра приду и заберу.»
Он положил телефон на стол и выдохнул.
« Она сказала, что ты меня разоришь.»
Вера вытерла руки и подошла ближе.
« Я не обижу.»
Максим накрыл её руку своей—впервые за неделю.
Три недели было спокойно. Они вели общий бюджет, немного откладывали. Раиса звонила реже; голос стал холодным, но она не вмешивалась. Максим расслабился. Вера — нет.
Вечером он пришёл домой и поставил на стол пакет с продуктами—дорогими, которые раньше не покупали.
« Откуда это? »
« Мама дала. Говорит, у них лишние были.»
Вера посмотрела на пакет, потом на мужа.
« Максим, у нас была договорённость.»
« В чём проблема? Это продукты, не деньги.»
Она не спорила. Всё убрала в холодильник. Но внутри засело: опять по новой.
Через неделю Максим пришёл в новых кроссовках. Дорогих.
« Откуда они? »
« Мама подарила. На день рождения.»
« У тебя день рождения через два месяца.»
« Она заранее купила.»
Вера ничего не сказала. Легла спать. Лежала и думала: снова берёт у Раисы—только теперь это “подарки”.
На следующий день она открыла второй счёт и перевела туда часть зарплаты. Максиму не сказала.
Прошёл полтора месяца. Вера каждый раз откладывала—понемногу, но регулярно. Максим не замечал. Всё таскал от Раисы: продукты, носки, однажды даже сковородку. Вера молчала.
Однажды вечером он сказал, что нужно чинить машину—серьёзная поломка. Сели считать. Не хватает.
« Придётся занять у мамы.»
Вера достала телефон и показала ему экран.
« Не надо. У меня есть.»
Он уставился на цифры.
« Откуда это всё?! »
« Я откладывала.»
Максим побледнел.
« То есть ты от меня деньги прячешь?! »
«И ты скрываешь то, что берёшь у Раисы.»
Он открыл рот, закрыл. Внезапно встал и начал ходить по комнате.
«Это мелочи! Продукты! Какая разница?!»
«Разница в том, что ты опять от неё зависишь. А я решила нас защитить.»
Максим остановился у окна спиной к ней. Молчал. Потом повернулся.
«Я правда не хотел… Она предложила, и показалось глупо отказаться.»
Вера встала.
«А мне показалось, что если я не защитю нас, мы снова окажемся у неё в руках.»
Максим достал телефон и набрал номер. Раиса весело ответила:
«Максимушка, привет!»
«Мама, больше ничего не приноси. Ни продуктов, ни подарков. Мы сами справимся.»
Из трубки вырвалось что-то громкое и обиженное.
«Мама, я серьёзно. Спасибо, но нам не надо.»
Он завершил звонок и посмотрел на Веру.
«Лучше?»
Она кивнула.
Раиса не звонила две недели. Потом позвонила Вере—сама. Впервые.
«Вера, дорогая, можно тебя на минутку?»
Её голос был приторный. Вера напряглась.
«Я слушаю.»
«Я тут подумала… Максим так много работает, столько старается. Ты, наверное, тоже устала? Может, удели ему чуть больше внимания? Он жаловался, что ты всё время занята.»
Вера застыла. Максим ей никогда ни на что не жаловался.
«Раиса… он тебе это сказал?»
«Не напрямую. Но я же мать—вижу. Он напряжён. Постарайся, дорогая.»
Вера повесила трубку, не попрощавшись. Села на диван и уставилась в стену. Раиса сеяла сомнения: «Он жаловался.» «Ты занята.» «Постарайся.»
Когда Максим пришёл домой, она встретила его с вопросом:
«Ты жаловался матери на меня?»
Он моргнул, растерялся.
«Что? Нет. О чём ты?»
Вера пересказала разговор. Максим слушал, лицо стало каменным.
«Она так сказала?»
Вера кивнула. Он достал телефон и позвонил. Раиса ответила бодро:
«Максимушка!»
«Мама, ты Вере звонила?»
«Да, хотела узнать, как у вас дела…»
«И сказала, что я на неё жалуюсь?»
Пауза. Потом её голос стал обиженным.
«Я хотела помочь! Ты говорил, что устал…»
«Я говорил, что устал от работы! Не от жены!»
Раиса начала оправдываться, но Максим её оборвал.
«Мама, хватит. Не вмешивайся в наши отношения. Позвоню, когда сочту нужным.»
Он завершил звонок. Сел рядом с Верой и обнял её.
«Прости. Я думал, она успокоилась.»
Вера прижалась к нему.
«Она не успокоится. Пока мы её слушаем.»
«Тогда не будем.»
Раиса прислала длинное сообщение—как ей больно, как она старалась, какие они неблагодарные. Максим прочитал и показал Вере.
«Будешь отвечать?» — спросила она.
Он покачал головой.
«Нет. Пусть остынет.»
Через неделю Раиса снова позвонила. Максим коротко ответил:
«Привет, мама. Как дела?»
Её голос был натянуто весёлым. Поговорили пять минут—о погоде, о работе. Ни слова о Вере. Когда он закончил разговор, Вера спросила:
«Ну?»
«Вроде нормально. Но я ей сказал, что мы пока не приедем. Мы заняты.»
Вера улыбнулась.
«Молодец.»
В тот вечер они сидели на диване. Максим листал телефон; Вера читала. Тихо. Спокойно. Телефон зазвонил—Раиса. Максим посмотрел на экран и нажал «отклонить».
«Перезвоню позже.»
Он убрал телефон. Вера подняла глаза. Он поймал её взгляд и усмехнулся.
«Что?»
«Ничего. Просто… это первый раз, когда ты так сделал.»
Он пожал плечами и обнял её.
«Учусь.»
Она прижалась к нему. За окном темнело. В квартире было тихо—впервые за долгое время, по-настоящему тихо.